— Ты меня слышала, — говорю строго. — Никаких поездок на зону. Иначе… у меня свои методы есть. Тебе не зайдет.
Только плечами ведет.
Охранник опять что-то пиздит из-за двери. Дает нам последнюю минуту по ходу. А после комната открывается.
Прощаемся уже без слов. Взглядами.
До последнего ее хрупкую фигуру глазами пожираю. Изнутри распирает всего. Челюсти сводит.
Поняла она меня? Не приедет?
+++
В машину сажусь, чувствую себя, как пьяная. Пока домой еду, ощущение не выветривается.
Обещал позвонить.
Хорошо.
Но этого слишком мало. Меня уже обратно тянет. Туда. К нему. Наверное, и в кошмарном сне не могла бы представить, что буду так рваться на зону. На свидание к заключенному.
Чистое безумие.
Знаю, что скажет отец, когда заведу разговор про второе свидание. Знаю, что сам Осман против.
Только… не могу. Мне уже сейчас пусто. Хочу к нему. И плевать, как это выглядит. Плевать, кто и что скажет.
Прикрываю глаза. Губы горят от его поцелуев. Мысли плывут. Держусь, чтобы не заплакать. А сердце бьется часто-часто. Внутри чувство, будто я все делаю правильно.
Я подозревал, что может начаться херня. В любых раскладах надо сразу закладывать вероятность форс-мажора. Особенно если цель амбициозная. Вроде разъебать Шенгелию по всем фронтам. Такого ушлого типа сразу не прижать. Четкая схема нужна. Потому мы с Ахмедовых разные методы обсудили. Сошлись на том, который выглядел самым быстрым.
Я бы хоть как взял вину за убийство Хромова на себя. Только бы Лену скорее из-за решетки вытащить. Но моя посадка хорошо укладывалась в дальнейший план действий. При определенных обстоятельствах я бы мог попасть на зону, где отбывает пожизненный срок один из старых дружков Шенгелии. В прошлом они много дел проворачивали вместе. Потом Шенгелия его слил. Этот тип не первый и не последний, кого уебок подставил, но оценив список других кандидатов мы остановились именно на нем.
Гусев. Ему уже под семьдесят, но он до сих пор пользуется авторитетом. За экономические преступления не дают пожизненное, однако это смотря как все подать. И в свое время Шенгелия упек Гусева так, чтобы наверняка. Он бы и вовсе грохнул его как опасного свидетеля, но слишком многим Гусев оставался полезен. Даже за решеткой. Серьезные люди ценили его богатый юридический опыт. К нему до сих пор обращались за оценкой важных сделок, просили проверить разные документы.
Между ним и Шенгелией остановилось нечто вроде рабочего компромисса. Гусев и сам понимал, что на зоне для него в текущей ситуации безопаснее, чем на воле, где бывший партнер по бизнесу использует первую же удачную возможность, чтобы его грохнуть наверняка.