Телефон вибрирует, заставляя вздрогнуть всем телом.
— Да, — отвечаю на автомате, уверенная, что это папа звонит.
Вдруг что-то новое выяснилось?
Однако в динамике звучит другой голос.
— Привет, Лена, — хрипло, пробирает до дрожи.
Тагиров.
— Что молчишь? — спрашивает он, когда пауза затягивается.
— А что мне тебе сказать? — выдаю резко.
— Да ладно тебе, тема для разговора всегда найдется, — отмахивается. — Соскучился. Думал о тебе. Ты у меня из головы не идешь.
— Знаешь, ты прав, кое-что нам стоит обсудить.
— Ну вот, видишь.
— Как мне тебе ожерелье передать? Извини, в прошлый раз я забылась и не сделала это сразу.
— Брось, моя хорошая.
— Нет, я серьезно.
— Приеду — отдашь.
— Нам необязательно лично встречаться.
— Ты занята? Времени не найдешь?
— Занята, — выдаю на автомате, думаю лишь о том, как бы скорее свернуть этот разговор.
— И чем же ты таким занята? — будто бы с раздражением. — Подарки от Сереги принимаешь? Что-то ему ты ничего назад не отдаешь. Все принимаешь. И браслет, и кольцо. Что он тебе еще накупил?
От такой неожиданной атаки даже теряюсь.
— Какие подарки? — невольно переспрашиваю. — Кольцо? Он мне только браслет подарил.
Что я делаю? Словно бы оправдываюсь перед ним.
Прикусываю язык, чтобы еще чего-нибудь не выпалить по глупости.
— Браслет, — хмуро бросает Тагиров.
— Вообще, это тебя не касается, — говорю наконец.
— Касается, — отрезает. — Ты моя женщина.
Спорить с ним бесполезно. Доказывать что-то попросту нет смысла. Пусть говорит и делает, что хочет. Мне теперь не до этого.
Такая усталость накатывает. Чувствую полное опустошение.
— Что у тебя случилось? — вдруг спрашивает Тагиров. — Сама не своя сегодня.
— Все было нормально, — выдаю без эмоций. — Ты позвонил.
— Лен, я же по-хорошему спросил. Помочь хочу.
— Никто мне помочь не может, — вырывается на эмоциях. — Ясно? Это все бесполезно. Единственная ниточка, которую удалось ухватить, оборвалась. Больше не повезет. А значит…
— Ты о чем сейчас?
— О Тамаре. Женщина дала против меня ложные показания. Но на самом деле, ее даже в офисе не было. Она поехала свою собаку в салон подстригать. Есть свидетели. Так что Тамара никак не могла слышать, что я с Хромовым ссорюсь. Только теперь это все не важно. Она мертва. Сердечный приступ. Надо же, как «удачно» складывается, — последнее слетает уже с горечью.
— Кто про Тамару выяснил?
— Какая разница?
— Лена, — с легким нажимом.
— Я выяснила, — бросаю. — Я. А что, это имеет какое-то значение? Не думаю. Кто бы не пытался меня подставить, у него все очень удачно получается. И вот, стоило только найти свидетеля, как ее сразу же убрали.