Лишь потом отмечаю детали.
Горящий взгляд Тагирова. Угрожающий оскал. Жар исходящий от мощного тела, которое сейчас плотно прижато ко мне.
Впечатление, будто бетонная плита сверху наваливается. Давит тяжестью с неистовой силой.
Близость этого пугающего человека ощущается слишком остро. От нее пробирает до дрожи.
Наверное, мне должно быть холодно. Ведь я сейчас в одном лишь купальнике. Под спиной ледяной мрамор. Но Тагиров так крепко ко мне прижимается, что чувство возникает, словно меня кипятком окатывают с головы до ног.
Его одежда мокрая насквозь. А сам он не особо волнуется на этот счет. Его взгляд направлен на меня. Прямой, жесткий, подавляющий. И я очень надеюсь на то, что на моем лице не отражается ничего такого, что способно выдать меня, ведь мои пальцы по-прежнему судорожно сжимают корпус мобильного. Рука нервно подрагивает.
— Ты что за херню устроила? — хрипло спрашивает Тагиров.
— Я… — выдаю с трудом и запинаюсь.
Наверное, самое правильное, что я могу сделать сейчас, это оскорбиться на его резкие слова.
— Я тонула, — тихо произношу и стараюсь действовать как можно более натурально. — Чуть не захлебнулась. А вы…
— Что-то не похожа ты на утопленницу, — обрывает Тагиров, прищуривается внимательно изучая меня. — Так лихо воду рассекала. А потом вдруг резко тонуть начала.
Мрачно хмыкает.
А у меня холодок по спине пробегает.
Стараюсь не думать о том, что Тагиров за мной наблюдал. Причем в таком виде. В купальнике. Почти без ничего видел.
Изо всех сил притормаживаю бурный поток мыслей. Тут и похлеще можно выводы сделать.
Может, он уже все понял? Раскусил? Может, заметил, что я вцепилась в его телефон? В прошлый раз почти сразу поймал. Теперь же будто намеренно растягивает момент.
— Да как вы можете? — отчаянно стараюсь изобразить реакцию, которая бы у меня была, будь я и правда в такой ситуации. — Вы похитили меня. Держите тут силой. Теперь еще обвиняете в чем-то. Да я тут столько воды наглоталась. Мне дурно стало. Еще немного — могла вообще сознание потерять. От шока. От стресса. Доводит все. Я здесь будто в клетке заперта.
— Непорядок, — хрипло произносит Тагиров.
И от того, какая тьма сгущается в его черных глазах, меня всю начинает мелко колотить.
— Знаешь, что надо в таких случаях делать? — интересуется он обманчиво мягко.
— В таких?
Его лицо слишком близко к моему. Как и губы. Как и раскаленное дыхание, которое буквально обжигает лицо.
— Когда тонут, — выдает Тагиров.
— Что? — едва дышу.
— Вот это, — отвечает.
И впивается в мои губы. Жарко. Страстно. А я даже не сопротивляюсь, потому что в этот самый момент вытягиваю мобильный телефон из его кармана. Одной ладонью тяну. Второй — упираюсь в другое плечо, стараясь отвлечь Тагирова.