«Транспорт» сам подвернулся под ноги, и я взмыла к потолку. Чтобы увидеть невероятное. Тварь росла — шипя и сужаясь, она вытягивалась, удлиняла руки. В глазах без зрачков бушевал багровый огонь, чёрный язык трепетал как у готовой «выстрелить» ящерицы.

А коллега нашёл склянку и замер, зачарованно уставившись на меня, в одной руке пробка, в другой — флакон.

— Стёпа!.. — рявкнула я сверху. — Крышка!..

Он вздрогнул и на автомате закупорил склянку.

— А теперь бросай! В сторону бросай и отходи!

Зелье покатилось по полу, и вшитое в пробку заклятье сработало на совесть. Золотые искры потянулись к ней, как пыль к включенному пылесосу, одна за одной, рассеивая воющую перерождёенную, увлекая за собой клочьями тумана. Я посчитала до десяти, снизилась и спрыгнула на пол, подходя к флакону, в котором вновь закрутился золотой вихрь. И выдохнула, расслабляясь. Всё. Почти всё.

— Стёп, где мумии? — я превратила подушку в амулет и спрятала его в карман.

— А-а-а? — отозвался он растерянно, глядя, как я поднимаю с пола использованное зелье. — Там…

Я вынула из кармана джинсов носовой платок, шепнула наговор и, походя, сунула его коллеге в руку:

— Спасибо. Вытрись.

Заодно и память… размою. Стереть — не сотру, но смазать чёткую картинку, чтобы кошмары не мучали и лишние вопросы не одолевали…

Мумии нашлись там, где прежде была кухня. Крохотная узкая комнатка, старая газовая труба и проржавевшая плита, остатки стола и перевёрнутый цветочный горшок на подоконнике. Одна мумия сидела, прислонившись к стене, в ритуальном кругу, а вторая — напротив, в углу у плиты, в подтёках крови. Колдуны, насколько я знаю, не мумифицируются, то есть мы имеем двух ведьм… причём знакомых. На первой — рваные джинсы и спортивная толстовка, на второй — серое платье в пятнах крови, с лохмотьями длинного подола. Но узнавала я не по одежде.

Я быстро считала остаточные биоритмы каждой, вспоминая звучание замолчавших сердец. Первая — из Круга, понаблюдать приехала, а вот вторая… Я присела, невольно расправляя клочья серого подола. А вот вторая, если Химера права… Медуза. Носительница одного из защитников. Где только спрятала?.. Я обыскала мумию, но ни амулетов, ничего подозрительного не нашла. И встала, озираясь. В принципе амулеты на ней и не должны быть, правилами ритуалов они не допускались, однако…

— Мар, что ищешь? Не это?

Я обернулась. Стёпа стоял в дверном проёме, сжимая в кулаке горсть амулетов. Нос распухший, глаза лихорадочные и воспалённые, джинсы с майкой в грязи и крови, но держится бордо.

— Положи сюда, — я указала на подоконник. — И ничего ведьмовского больше не бери, на амулетах встречаются проклятья. И… подойди. Осмотрю.