Достав из сумки вторую склянку, я откупорила её и плеснула содержимое на одеяло.

— Это что, кровь?

— Да. Моя. А теперь молчи. И смотри в оба.

А я заговорила. Бесов язык — сухой, шуршащий осенней травой, горький и неприятный. И кот вышел. Крупный, тощий, дымчато-седой, а глаза жёлтые, пустые. «Зверь» втянул носом воздух и, прихрамывая, пошёл наугад. Кровь живой ведьмы — лучшая приманка: она и у здоровой нечисти отключает мозг, а уж если кто-то говорит на твоем языке и обещает …

— Стёп, готовься.

«Кот» прыгнул, и я движением руки стёрла часть круга, чтобы вновь плеснуть зелье, запирая беса в ловушке, едва он вцепился в одеяло. Вместе с коллегой, который справился со своими обязанностями блестяще — ловко поймал и спеленал «животное», как куклу.

— Всё, отдай, — я шагнула в круг и забрала рычащий сверток, погладила беса по боку, усыпляя. — Молодец. Спасибо.

— Мар, — Стёпа глянул на меня искоса и нерешительно спросил: — Мне показалось, или у него было три хвоста?..

— Нет, не показалось, — я баюкала дрожащий свёрток. — Это нечисть. Но неопасная и…

И, перебив меня, парковую тишину взорвала резкая рок-н-ролльная трель.

— Да? — коллега достал сотовый. — Кого? Что сделал? Иду, — отключился, убрал телефон в карман джинсов и пояснил: — Очередного сталкера привезли. Допрыгался и распорол где-то ногу и левый бок. Теперь орёт про собаку с красными глазами и двумя хвостами. Пойду што… — и запнулся. Посмотрел на притихший сверток с нечистью и сразу сделал нужные выводы: — Пойдёшь, да? Я с тобой. У меня как раз завтра выходной и…

— Исключено, — я устремилась прочь из больничного парка.

— Мар!.. Ты бывала в старых кварталах? — и предъявил главный козырь: — А я там каждый куст знаю, — и добил джокером: — и со сталкером поговорю. Живо расскажет, где именно видел собаку.

— Позвони завтра, как проспишься, — сдалась я. — Обговорим.

— Но…

Я остановилась у ворот, обхватила взбрыкнувший свёрток и примирительно улыбнулась:

— Уже вечер, и у нас есть свои дела. Ночью я в незнакомое место не пойду, даже если там нет никакой нечисти. А у тебя работы будет до утра.

— Предсказываешь будущее или каркаешь? — коллега тоже улыбнулся.

— Размышляю.

Снова зазвонил телефон. Стёпа сбросил вызов, наклонился, чмокнул меня в щёку «за бабу Зину» и побежал штопать несчастного. А я прислушалась к ощущениям. Будущее я умела предсказывать только по человеческой анатомии… и далёким вспышкам боли. Скоро привезут ещё пару придурков со сложными случаями, а это работы до пяти утра, и пока он всё закончит, пока до дома доберётся и выспится…