Его взгляд скользнул по мне, оценивая рубашку хозяина, но не выказав ни эмоции.
— Господин уже отдал распоряжение относительно вас. Поэтому жду ваших пожеланий. Платья уже заказаны. Не переживайте. Вам недолго придется терпеть эти гардеробные неудобства. Господин хочет, чтобы вы чувствовали себя как дома…. Он приказал нам, чтобы мы были к вам особенно внимательны и… и хочет окружить вас заботой.
«Как дома?». Фраза прозвучала как издевка. Я не хочу чувствовать себя как дома. Дома Ройстер, правила, игры… А я от них устала.
— Я не нуждаюсь ни в чем, — соврала я.
Он кивнул, словно ожидал именно этого ответа, и вышел, растворившись в тени коридора так же бесшумно, как и вошел.
Я осталась одна. Снова.
Но теперь страх отступил, сменившись странным, вязким спокойствием. Я подошла к столу, налила чай из заварника, который оставили служанки. Сладкий, горячий. Я сделала глоток, чувствуя, как тепло разливается по желудку, прогревая ледяные внутренности.
Напряжение медленно уходило, оставляя после себя пустоту. Я смотрела на лилии. Они смотрели на меня.
Амарил Ликорис.
Я обвела пальцем край чашки. Может, я видела его? Высокий, в маске или без? На балах всегда было много лиц, сливающихся в единую массу.
Я улыбнулась уголком губ. Странно. В мире, где муж торговал мной ради куска металла, похититель приносил мне цветы и давал свою рубашку. Это не укладывалось в логику. Не укладывалось в правила игры.
Тишина в доме была абсолютной. Никакого скрипа половиц, никакого шёпота за стенами. Только треск поленьев в камине.
Я отпила ещё чаю. Сахар щекотал нёбо. Тепло добралось до пальцев, размораживая их. Я уже что-то знала о нём. Не так страшно. Когда у врага есть имя, он становится реальнее. А когда он реален, с ним можно договориться. Или убежать. Или… остаться… Кто его знает?
И тут я услышала.
Сначала это было просто шуршание. Потом — приглушённые голоса за тяжёлой дубовой дверью.
Я поставила чашку. Фарфор звякнул о дерево, звук показался оглушительным. Я замерла, прислушиваясь. Дыхание затаилось в лёгких.
Голоса приближались. Женские. В коридоре.
Я мягко встала с кресла. Босые ноги утонули в ворсе ковра. Я сделала шаг, затем ещё один, направляясь через всю комнату к двери. Шаги были беззвучными. Ткань рубашки шелестела едва слышно.
Я прижалась ухом к холодному дереву.
— Ключ у господина, — шептал незнакомый женский голос. Звонкий, возбуждённый. — Записи у него. А теперь ещё она.
Она? Это они что? Про меня?
Сердце пропустило удар. Ключ. Они говорят о Ключе Мистериума.
— Только она сможет всё сделать? Понимаешь? Но только добровольно! — продолжала первая. — Она настроит эту ерундовинку, и вуаля. Мы — королевские слуги! Хо-хо-хо!