Я часами сидел у лежанки отца и молился. К моему удивлению, молитвы давали мне покой и хороший настрой. Ещё Серапион, когда приезжал в первый раз, сказал мне:

— Молись, глядя себе в сердце. Там Христос.

Я тогда удивился. Всегда полагал, что молятся кому-то наверху. Ведь сказано же, «… иже еси на небесех…». Хм. А Христос, значит, в сердце моём? Интересно…

И, да… Концентрируясь при молении на груди, мне становилось спокойнее. Не то, чтобы я считал, что вера в Христа как-то меня изменит так, что Бог, изменит ко мне отношение. Но тут так полагалось. Где-то взывают к Аллаху и пророку Магомеду, где-то другим богам. И, наверное, там бы я молился иначе. Здесь и сейчас я взывал к Иисусу. И, скажу откровенно, мне кажется, от моих и Варвариных молитв отец выздоравливал быстрее. Все удивились, что он вообще стал выздоравливать после трёх дней страшной горячки. Но не зря я ещё раньше, пять лет назад, укрепил все его внутренние органы, настроив их на ускоренную регенерацию и открыв для этого верхний канал поступления здравы. Так здесь называли «прану».

После недельного «бурления» праны-здравы, которое было необходимо для выведения токсинов и снятия воспаления, во время которого отец метался по лежанке и вскрикивал от болей в кишечнике, который и стал основным, хм, «теолочисиителем», и в мочевом пузыре и почках, в которых я дробил камни, как шахтёр руду, отцу стало легче.

Он открыл глаза в полдень, когда я продолжал молиться. Ведь я всё время проводил с ним и никто не смог убедить меня, что я это делаю зря. Поп из соседнего села прочитал по отцу отходную, которая включала в себя много чего, а заканчивалась молитвой на исход души. Но это произошло в самый первый день, когда отца привезли. А он всё не умирал и не умирал. И вот он открыл глаза. И мы с ним встретились взглядами И улыбнулись друг другу.

— Здрав будь, отец, — сказал я.

— Твоими молитвами, сын. Какой ты у меня большой стал. Вверх приходится смотреть.

— Так ты же лежишь. А лежанка низкая.

— Так и с этой лежанки я на тебя смотрел ранее свысока. Я же у себя в усадьбе?

Я кивнул.

— Совсем не помню, как сюда везли. Как и выжил-то, не пойму. Столько крови потерял…

— Правильно, — подумал я. — У тебя костный мозг настроен на воспроизводство стволовых клеток для регенерации тканей и ускоренную кроветворную функцию, при кровопотере. Вот ты и дожил до нашей встречи.

— Мы с князем Шуйским этим летом напали из Ржева на Витебские земли и ладно там повоевали. Там на нас и напали ляхи, когда мы продуктовый обоз сопровождали. Помню, что ляхов было много, а у меня полусотня всего. Вот и побили нас.