— Вторая причина. Возможно, что и основная. Печать Гиппократа, — спокойно ответил закипающий внутри я.
— Не, погоди, я знаю, что это такое, — возразил доцент. — Ты ведь не сомневаешься в моей компетенции? Так вот, для того, чтобы тебя неудержимо тянуло в сферу здравоохранения, и ты был готов заниматься тяжелым трудом за смешные деньги, Печать должна быть… Уровня второго, или даже первого! Выпускникам всяких эс-пэ-о ставят — самый максимум — пятый!
Мне оставалось только пожать плечами — я, собственно, так и поступил.
Мне ведь очень сильно не понравилась непроизвольная реакция на слова капитана егерей — ну, вы помните, это когда упомянутая Печать внезапно сработала. Кого вообще обрадует необходимость исполнять обязательства, каковые, на секундочку, брал на себя кто-то другой?
В общем, Печать я нашел, посмотрел, разобрал, понял, как та работает — примитив, на самом деле. Или эфирная сфрагистика этого мира действительно так слабо развита, или таким, как я, достаточно самого простого и никак не лучшего.
— Смотрите, — я протянул вперед руки — раскрытыми ладонями кверху — и подал в немного доработанный визуальный конструкт эфирных сил — чуть больше, чем планировал.
Поверх совмещенных ладоней соткался светящийся круг, заполненный массой связных конструктов, древних рун и прочей эфирной графики.
— Дай рассмотреть, — потребовал доцент несколько напряженным тоном.
Очень хотелось пожать плечами, но решил не повторяться.
— Ого, — Иванов закончил осмотр. — Всё, отменяй видик.
«Ага, морок в этом мире называется именно так» — понял я, и прекратил подачу эфирных сил в конструкт.
— Если у меня и были раньше к тебе вопросы, — порадовал меня будущий начальник, — то теперь их и вовсе не осталось. Но, так сказать, появились к тем, кто ставил тебе Печать Гиппократа: это, молодой тролль, даже не первый уровень, это, так сказать, абсолют!
«Самый труд становился от поколения к поколению более разнообразным…»
Фридрих Энгельс, текстильный промышленник
[От героя. Сервитут, день пятый.]
Да нет у меня никакого будильника, что вы. Я и сам прекрасно умею просыпаться.
Вы ведь помните: сознание мое толком и не спит, просто покидая на время когнитивный уровень и прячась в насквозь подсознательной ментальной сфере.
С одной стороны, некоторые люди умеют спать и видеть сны — обычные, неупорядоченные и не осознаваемые. Мне — иногда — даже немного завидно.
С другой — мне вообще никогда не светит когда-нибудь куда-нибудь проспать.
— Халат не забудь, — донеслось изнутри кучи полотенец. Зая Зая, как оказалось, уже проснулся, и теперь наблюдал из своего ночного гнезда за тем, как я собираюсь на службу — чтобы прожить первый в этом мире настоящий рабочий день! — Он, если что, в шкафу.