Но Егор не растерялся. У него и вправду был план. Именно Михаил Степанович, бывший полковник КГБ, и подкинул ему идею с этим институтом. И именно он объяснил, как и что надо делать. К тому же в этом учебном заведении у него преподавали бывшие сослуживцы и друзья, и именно к ним он собирался отправить талантливого мальчишку. Своего отца Егор никогда не знал, так что тренер и Михаил Степанович стали теми, кто сумел привить ему правильные жизненные ориентиры.
Закончив школу, Егор получил на руки документы и прямым ходом отправился по указанному адресу. Первый экзамен ему пришлось выдержать еще при знакомстве с нужным человеком. Высокий, абсолютно седой, жилистый мужчина в отлично сидящем костюме окинул парня долгим, внимательным взглядом и, еще раз пробежавшись по тексту полученного письма, вдруг спросил на чистом немецком:
— Значит, думаешь, что сможешь тут учиться?
— Ну, не дурнее же я других, — пожал Егор плечами, отвечая на том же языке.
— Неплохо. А кроме спорта, что еще умеешь? — уточнил мужчина уже на французском.
— Музыкалку закончил. Гитара, саксофон, — снова пожал паренек плечами.
— Французский, немецкий, итальянский, а в моде теперь английский. И как экзамены сдавать будешь? — вернулся мужчина к языку родных осин.
— Ну, в школе немецкий преподавали, так что сие не от меня зависит. Все одно до вступительных выучить не успею, — задумчиво хмыкнул Егор, удивившись такому вопросу.
— А какой язык из восточных изучать собираешься? — последовал новый вопрос.
— Пока не знаю. Мне бы их послушать как следует, — вздохнул парень, уже понимая, что и тут ничего не получится. — Я сначала язык на слух воспринимаю, и если улавливаю ритмику, то тогда все получается, — пояснил он свой ответ.
— Занятно, — хмыкнул мужчина. — Пойдем, — скомандовал он, поднимаясь.
Разговор этот состоялся в здании института, так что идти им пришлось не далеко. Пройдя до конца коридора, мужчина толкнул высокую крепкую дверь и, войдя, поздоровался. Потом, коротким жестом указав на Егора, поведал сидевшему за столом пожилому упитанному мужичку:
— Вот, Миша к нам прислал. Сопроводиловка добрая, сам три языка уже знает. Но выбрать еще не выбрал. Дай ему послушать, как оно правильно звучит.
— Это можно, — лукаво усмехнулся хозяин кабинета и, вставив в небольшой магнитофон кассету, нажал на кнопку воспроизведения. По кабинету поплыли фразы на незнакомом языке. Прикрыв глаза, Егор внимательно слушал его, словно музыку.
— Это были стихи на тюркском. А вот это на фарси, — пояснил хозяин кабинета, сменив кассету.
И снова Егор замер, буквально впитывая звуки незнакомой речи.