Казак ножом располосовал на них одежду и, криво усмехнувшись, негромко хмыкнул, жестом указывая парню на плечо одного из неизвестных:
— Каторжные. Такие картинки, окромя них, токмо моряки носят. Но у тех все больше про море будет. Якоря там, русалки, паруса. А эти, видать, сидельцы опытные.
— Рты им заткни. Отливать станем, да вопросы спрашивать, — решительно скомандовал Егор, направляясь к дверям. За водой.
Принести в карцер ведро воды в полной темноте оказалось делом не простым, но он справился. И даже почти ничего не разлил по дороге. Не забыл он и деревянный ковшик. Выливать на каждого целое ведро парень посчитал слишком расточительным. Да и сырость в подвале особняка разводить лишнюю не хотелось. Убедившись, что орать неизвестные не могут, он зачерпнул ковшиком холодной колодезной воды и с размаху выплеснул ее в лицо своему крестничку.
Глухо застонав, тот начал перхать и попытался дернуть руками, но Архипыч, хлопнув его по физиономии, негромко посоветовал:
— Не балуй, пес. Не то я тебе и хлеще дам.
— Кляп выдерни и глотку ему пережми, чтобы орать не вздумал, — скомандовал Егор, выступая вперед. — Кто такие и зачем в дом наш влезли? — спросил он, старательно освещая неизвестному лицо.
— Мимо шли, приметили дом богатый, вот и решили обнести его, — прохрипел мужик, зыркая по сторонам глазами.
— Не понял ты меня, болезный, — презрительно усмехнулся Егор. — На такое дело с кистенями да ножами не ходят. Тут скорее мешки с собой несут. Дядька, а сломай ему ногу, чтобы ума прибавилось. Только прежде пасть заткни. Нечего дедушку беспокоить. Старенький он уже, — добавил парень так, что варнак невольно вздрогнул.
— Погоди, барич, — торопливо захрипел он. — Не по закону то. Взял на горячем, так сдавай в полицию. Я ж не скрываю, что украсть хотел. Чего сразу ноги-то ломать?
— Ты и вправду дурак, — зло рассмеялся Егор. — Тебя не просто на горячем взяли. Тебя сам хозяин дома скрутил. Так что я теперь с вами делать могу, что захочу. Хочу, стану собаками словно зверей травить, а захочу, шкуры как с тех баранов сниму. И никто мне и слова не скажет. Потому как никто окромя меня и дядьки и не ведает, что вы тут вообще есть. В общем, так, скажешь мне правду, отпущу. А нет, не обессудь. Живыми вы мне не надобны.
— А тела куда денешь? — не сдавался варнак. — Просто так не бросишь. Вони много, приметят. А везти куда, людишки увидят.
— Да ты и вправду дурак, — рассмеялся Егор. — На свинарник прикажу свезти. Да на куски порубить. Останется только головы закопать. Остальное свиньи за милую душу сожрут. Свинья животина такая, что угодно сожрать может, да еще и добавки попросит.