Я только рот открыла, чтобы резонно напомнить оборзевшему мужу о любовнице, с которой он
сегодня хорошо повеселился в кабинете, но тот даже не дал вставить и слово.
- Не начинай мне тут… - отмахнулся, будто я школьница, пойманная на двойке. - Мне твои
обиды до фонаря. Я мужик, мне нужна разрядка, понялa? Это физиология, Оля! Ты же понимаешь,
да? У всех свои слабости. Ты сама в этом виновата! То у тебя работа, то гинеколог что-то
запрещает. А голова у тебя болит чаще, чем у старой бабки на рынке.
Он смотрел агрессивно в упор, будто ждал, что сейчас я упаду на колени и буду каяться, что
не смогла соответствовать этим его ожиданиям. Но я не стала ничего делать. Просто пыталась
держаться спокойно. Не отвечать, не дать ни капли эмоций, а смотреть и ждать, пока поток его
словоблудия закончится.
- И вообще, - продолжил злиться Лёша, шагнув ближе, - ты и сама-то хороша. Я хоть по-мужски
разрядился - физиология, понялa? А ты что? Перед самим генеральным попкой своей высокомерной
крутишь и думаешь, что я не вижу? Думаешь, дурак тут один? Да мне достаточно одной сплетни,
чтобы знать, как ты ему глазки строишь каждый день!
Муж вдруг приблизился совсем вплотную, и я почувствовала слабый запах алкоголя, которым он,
по всей видимости, опять пытался «залить» нервы. Он навис надо мной, отрезая путь к
отступлению.
- Только вот если ты реально ляжешь под него - убью, понялa? - прошипел в ухо со злобой,
которую раньше я путала с ревностью.
Но теперь-то было ясно, что никакая это не ревность. Это собственничество. Он говорил не
как муж, а как хозяин, который пришёл за своей взбунтовавшейся вещью.
- Ты же понимаешь, что я тебя всё равно не отпущу. Ты без меня никто. Денег у тебя нет,
квартира не твоя. Антошу я заберу. Поняла? У тебя будут свидания по выходным, если повезёт.
И то, только если будешь хорошо себя вести.
Я стояла как вкопанная.
Сердце колотилось, ладони стали липкими, а внутри поднялась такая злость, что впору было
взять сковородку и двинуть ему по лбу. Но нельзя. Сейчас нельзя быть истеричкой, нельзя
устраивать разборки, когда в соседней комнате спит сын. Сейчас мне нужна холодная,
расчётливая голова.
Та, которой у меня, по его мнению, нет.
Лёша прошёл мимо меня, швырнул ключи на полку и плюхнулся на диван так, что пружины жалобно
скрипнули. Потом хлопнул по сиденью ладонью:
- А теперь давай по-нормальному восстановим отношения и не будем больше приплетать твои
отмазки про гинеколога. Мы с тобой в конце концов муж и жена. Ты же не хочешь, чтобы Антоша
слышал, как мы ругаемся, да?
Я не двинулась с места. Просто застыла у стены и смотрела на него.