- Ну..? - осведомился он и, обежав наш отдел взглядом, остановился на всё еще дующейся
Анфисе. - Как тут на новом месте девочке нашей работается?
- Нормально, - буркнула она.
- Она наша гордость, - вдруг заявил Лёша, широко улыбаясь. - Именно благодаря ей мы
подписали контракт вчера. Молодец, правда?
Её губы ещё секунду назад были поджаты, но стоило прозвучать похвале - и они разжались,
сложившись в капризно-удовлетворённую улыбку. Она скосила на Лёшу взгляд с оттенком прощения
и благодарности, будто одним этим «молодец» он стер все её вчерашние обиды.
Я сидела неподалеку на своем месте, и каждое его слово отзывалось во мне, как удар по лицу.
«Гордость»… «Благодаря ей»... Смешно. Хотя нет, даже не смешно. Просто горько и противно.
- Какая умница, - сказал седоватый визитёр, глядя на неё так, что мне стало мерзко. - Как
отчим, я горжусь своей дочерью, словно родной. Не зря я всегда говорил: у нашей семьи талант
на виду не пропадёт.
Лёша тут же согласился:
- Я сразу понял, что у Анфисы особый потенциал, Иосиф Олегович. Всё схватывает на лету и…
И именно в этот момент я заметила в тёмной глянцевой двери переговорной отражение, которое
ускользнуло бы от любого другого глаза. Пока Лёша говорил, а отдел суетился вокруг, «гордый
отчим» незаметно скользнул рукой вниз и коротко ущипнул Анфису за попу. Она даже не
вздрогнула, только лукаво стрельнула глазками из-под длинных ресниц.
Я застыла, едва не выронив папку из рук.
Отражение выдало тайну, спрятанную от всех остальных. Ничего себе отношения у них… Аж
блевать тянет. Вот оно, настоящее лицо их «семейного таланта».
- Отлично, - сказал Иосиф Олегович с удовлетворением. - В беседе с Максимилианом
Евгеньевичем я непременно отмечу, какой у вас в отделе продаж грамотный подбор управленцев.
Это редкость - видеть, когда руководитель так точно расставляет акценты.
Он благосклонно похлопал Лёшу по плечу, и тот разом вытянулся, словно ему вручили орден.
Для него это был шанс. А для меня - ещё одно доказательство, что я тут лишь тень.
Я развернулась и пошла прочь.
Даже в коридоре было слишком душно от соседства с этими людьми. Так что я свернула туда,
где всегда могла побыть одна, - на запасную лестницу.
Бетонные ступени, тусклый свет лампы под потолком, запах пыли и краски - всё здесь всегда
успокаивало. Никто не мешал там сидеть, обхватив колени, и думать, пока гул офисного улья
оставался за стеной.
Меня всё еще потряхивало от гнева и отвращения. Муж выставил меня за кулисы, будто я -
обслуживающий персонал, а не человек, который держит на плечах весь проект. Но не это