– Мне тоже понравился, – сказала Карла. – Думаю, мы с ним еще встретимся.
– Вот еще, – буркнул Дидье. – Вы что, не видели, как он обут?
– Видели, – ответил я. – В военные ботинки, сбоку побелевшие от соли, как и нижний край его куртки. По-видимому, он много времени был на море.
– Лин, я имею в виду их стиль. Жуткая безвкусица. Мне приходилось видеть чучела , в которых было больше вкуса.
– Ладно, Дидье, счастливо оставаться. Увидимся на открытии.
Мы проехали по забитой ночными гуляками улице и увидели огромную толпу около кофейни «Любовь и вера». Толпа заполнила весь тротуар и выплескивалась на проезжую часть. Мы остановились напротив входа и решили немного посидеть на мотоцикле.
Вывеска над дверью с символами всех религий, написанная на хинди, маратхи и английском, была обрамлена светодиодной гирляндой в виде белых цветов магнолии.
Витрину окружала гирлянда красных лампочек-цветов франжипани. За стеклом витрины были видны посетители, пьющие эспрессо, и Винсон с Ранвей, возившиеся с итальянской кофеваркой. Пар в кофейне стоял коромыслом.
Из пятнадцати табуретов у изогнутой барной стойки три были пусты – Ранвей все-таки оставила их для нас. Я, однако, был еще не готов зайти в этот гостеприимный уголок.
Я думал о девушке из Норвегии, которую увидел сначала в медальоне, а спустя час в очень тяжелой ситуации. А теперь видел ее через окно, улыбающуюся с любовью и верой и вступившую на верный путь в будущее. Винсон обменялся с ней беглым взглядом, бегло улыбнулся и со счастливым видом заговорил с посетителем.
Мне не хотелось идти в кофейню. Им удалось создать вместе что-то чистое, и я боялся все испортить.
– Я на минуту здесь задержусь, – сказал я Карле. – Ты заходи, а я чуть позже.
– Всегда и всюду вместе, – ответила Карла, садясь на сиденье байка и закуривая косяк.
Появился запыхавшийся Дидье, прижимая руку к груди.
– Ну что там произошло? – спросила Карла.
Дидье, тяжело дыша, протянул руку, останавливая ее:
– Мое… мое место в кофейне еще свободно?
– Да, среднее в первом ряду, – ответил я. – Так что там у Олега с Карлушей?
– Олег вбежал, – ответил Дидье, когда его пульс снизился до предписанного медициной уровня, – схватил ее, как мешок картошки, и унес.
– И ты не проследил за ними? – спросила Карла, смеясь.
– Разумеется, проследил, – ответил Дидье. – Я же все-таки детектив агентства «Утраченная любовь».
– И куда они направились? – спросил я.
– В лимузин Рэнделла, – бросил Дидье. – От этого Рэнделла можно свихнуться.
– Причем наиприятнейшим образом, – заметила Карла.
– Вы что, не пойдете внутрь? – спросил Дидье, глядя на смеющуюся толпу в кофейне.