– Я же не говорил…
– И не пытайся это сделать, все равно ничего не докажешь.
– В твоих способностях я не сомневаюсь. Ну хорошо, он увлекся тобой. А политика ему зачем?
– Он сказал, что хочет отделаться от своих родственников и это наилучший способ. Он уже давно искал кого-нибудь вроде меня.
– Почему он хотел отделаться от родственников?
– В его руках был контроль над всей семейной собственностью, но его братья и сестры постоянно воевали с ним из-за его мошеннических сделок. Они трижды судились с ним, пытаясь лишить его контроля над деньгами, которые он растрачивал. Ему нужна была жена как оружие против них.
– Чтобы провоцировать их?
– Именно. Он хотел лишить их права на наследство, а для этого нужен был предлог. Он прекрасно понимал, что они будут наезжать на его жену-иностранку, особенно если она будет наезжать на них.
– И этот план созрел у вас за один час? Ты решаешь все его проблемы, он решает твои. Незнакомцы в лифте [100] .
– Точно. И всякий раз, когда я заставляла кого-нибудь из них оскорбить меня, он лишал его права на наследство. Система пенсионного обеспечения наоборот.
– Ты же всегда располагаешь людей к себе, даже когда не стараешься это сделать, – улыбнулся я. – Как тебе удавалось настроить их против тебя?
– Это довольно злобная компания. Все ненавидят всех. Ранджит раскрыл мне все их грязные секреты. Я включала перед ними честную дурочку, и это их дико бесило.
– Итак, доехав до первого этажа, вы поженились.
Карла вдруг посмотрела на меня с очень серьезным выражением:
– После того что я сделала с тобой по наущению Кадербхая, я думала, что ты никогда больше не заговоришь со мной. И мы действительно за два года не сказали друг другу ни слова.
– Я не хотел навязываться тебе, поскольку ты вышла за Ранджита.
– А я вышла за Ранджита, чтобы не связывать тебя. Два года я помогала ему отделываться от родственников и карабкаться на политический олимп, ибо у него самого, кроме амбиций, не было никаких данных для этого.
– Значит, ты помогала Ранджиту незаконно захватить семейную собственность, а он за это продвигал твою программу расселения трущоб, так?
– Ну да, в общих чертах. Таков был договор, только он его нарушил.
– Знаешь, Карла, то, чем вы занимались с Ранджитом, – это, в общем-то, безумство какое-то.
– А то, что ты жил с Лизой, не было тоже своего рода безумством?
– Ну… не каждый день.
Она засмеялась и отвернулась.
– В последний момент Ранджит бросил программу расселения трущоб из-за того, что конкуренты стали его запугивать.
– Когда это произошло?
Я подумал, что его уход из политики, возможно, как-то связан со смертью Лизы.