– Ты из гордости не желаешь к нам присоединиться? – спросила она, сурово глядя на меня.
– Нет, не из гордости.
– Знаешь, гордыня – единственный грех, которого не замечает сам грешник.
– Я не гордец.
– Глупости! Гордец, и еще какой. Впрочем, мне нравятся гордые мужчины. И женщины тоже. Так что пусть тебя это не смущает. Все устроится.
– Как?
– Может, мы протянем всего неделю, а может, и три года. За три месяца агентство раскрутится, вот увидишь. В ближайшие пятьдесят лет охранные службы и детективные бюро станут в Индии большим бизнесом. Я знаю, о чем говорю, – я два года изучала этот вопрос с помощью лучших советников Ранджита.
– Ты это серьезно?
– Я всегда серьезна, когда речь идет о любви.
– О любви? – с глупой улыбкой уточнил я.
– Не увиливай, – резко заявила она. – Я о бизнесе говорю.
– Я весь внимание.
– Деньги не потекут от богачей к беднякам. Наоборот, из карманов бедняков деньги рекой польются в закрома богачей, там и останутся. Это несправедливо, но тем не менее вкладывать деньги в охранный бизнес – беспроигрышные инвестиции. Понимаешь?
– Как ни странно, да. А при чем здесь детективное бюро?
– Мы – агентство, а не бюро. Мы беремся только за расследования пропавших. Ищем утраченную любовь. Мы ни за кем не следим из-за угла, не прячемся в переулках. А поиски пропавших родственников впоследствии дадут прекрасную возможность расшириться, заняться охранными услугами. Так что развиваться мы будем очень быстро.
– Каким образом?
– Для развития компании необходимо знать всех крупных игроков в этом бизнесе, установить с ними дружеские связи. Если удастся кому-нибудь из них помочь, отыскать для них пропавшего родственника, то у них к нам претензий не возникнет. Вдобавок мы узнаем все их тайны.
– Похоже, ты все обдумала.
– Ты так и будешь повторять очевидное?
– Послушай, твоя логика мне понятна, и я вижу…
– Видишь? Ты понимаешь, что это дело чистое? Правое? В твоих занятиях я что-то не усматриваю чистоты.
– Мы говорим о чистоте и о правом деле?
– Знаешь, не важно, потерпим мы поражение или добьемся успеха и разбогатеем. Для меня сейчас главное – поступать по справедливости. Все остальное – вчерашний день.
– Поиски утраченной любви?
– А по-твоему, утрата обретенной любви – лучше? – колко заметила она, решив, что я не воспринимаю ее слова всерьез.
– Это ты обо мне? – с горечью спросил я, задетый незаслуженным упреком. – О нас?
– Ты же сам отказываешься к нам присоединиться, Шантарам.
– Карла, я весь твой, но с полицией я сотрудничать не могу, и тебе это известно.
– Тебя никто и не заставляет.