К нам подошел черный кот, лениво выгнул спину.
«Привет, Полночь! Как ты сюда попал?»
Кот вскочил мне на колени, испытывая когтями мое терпение, свернулся клубком и заснул.
– Есть две точки зрения относительно человечества, – сказал Идрис, глядя на трепетание птичьих крыльев в кронах деревьев. – Согласно первой мы возникли случайно, по прихоти бескрайнего космоса, и чудесным образом пережили динозавров, истинных хозяев планеты, вымерших в юрском периоде. Следовательно, мы одни во Вселенной, потому что подобная случайность вряд ли повторится. Мы единственные живем в бескрайнем космосе, среди миллиардов пустынных планет, где в щелочных морях обитают лишь безобидные бактерии, археи да термофильные метаногены.
Над Идрисом кружила стрекоза. Он что-то пробормотал, вытянул руку и указал на деревья вдали. Стрекоза послушно улетела.
– А вторая точка зрения заключается в том, что жизнь существует повсюду, в каждой точке Вселенной, в том числе и в этой галактике, в нашей Солнечной системе, на окраине Млечного Пути, – продолжил он. – Мы – результат локальной эволюции. Нам повезло. По-твоему, какое объяснение правдоподобнее?
По-моему? Я отогнал посторонние мысли, вернулся к настоящему.
– По-моему, второе. Если жизнь смогла зародиться на Земле, то это возможно и на других планетах.
– Совершенно верно. Вполне вероятно, что мы не одиноки во Вселенной. Если Вселенная способна создать нас и существ, похожих на нас, то набор положительных характеристик приобретает особое значение.
– Для нас?
– Для нас и сам по себе.
– Мы сейчас говорим о существенных и условных признаках?
– Ты где учился? – рассмеялся Идрис, с любопытством глядя на меня.
– Сейчас – здесь.
– Прекрасно, – улыбнулся он. – Между существенными и условными признаками разницы нет. Все и существенно и условно одновременно.
– Простите, я не понимаю.
– Хорошо, я объясню покороче, уж больно мне надоели сократовские и фрейдистские привычки отвечать вопросом на вопрос. Кадербхай, да будет ему земля пухом, любил всю эту ерунду, но я предпочитаю сначала высказаться, а потом обсуждать. Ты не возражаешь?
– Нет, конечно. Прошу вас, продолжайте.
– Так вот, я верю, что каждый атом обладает набором характеристик, полученных от вспышки Большого взрыва. Этот набор включает в себя и набор положительных характеристик. Все, что состоит из атомов, обладает набором положительных характеристик.
– Все?
– Почему ты такой сомнительный?
– Сомнительный или сомневающийся?
– А в себе ты тоже сомневаешься? – спросил он, потянувшись за чиллумом.
Сомневался ли я в себе? Разумеется. Я познал падение. Я был одним из падших.