– Конечно, – кивнул я, но она уже шла по вестибюлю.
Я подбежал к стойке, швырнул пропуск и, расталкивая людей, бросился следом за Карлой. Догнал я ее неподалеку от входа.
Мы поехали на набережную в Бандре. Карла крепко обняла меня сзади, вжала лицо мне в спину – пассажир, готовый к смерти. Можно было поехать куда-нибудь поближе, но мне нужно было подольше прокатиться на мотоцикле. Когда я остановил байк на берегу, то был спокоен, как волны залива. Несмотря на полуденную жару, мы неторопливо гуляли вдоль полумесяца набережной – два иностранца, полюбившие солнечный город.
– У нас было свидание, – произнесла Карла на ходу.
– «У нас было свидание»? – переспросил я.
– Нет.
Поразмыслив, я осведомился:
– У вас с Лизой было свидание?
– Ага.
Немного погодя я сообразил:
– То есть у вас с Лизой было романтическое свидание?
– Вроде бы.
– Вроде бы?
– Вроде бы.
– «Вроде бы романтических» свиданий не бывает.
– Понимаешь, между нами всегда существовало… некое влечение…
– Ах, влечение…
– Во всяком случае, с ее стороны.
– И поэтому ты к ней поехала?
– Она сказала, что ей хочется немного выпить и хорошо повеселиться или хорошо выпить и немного повеселиться.
– Ничего не понимаю.
– Это она все придумала.
– Что?
– Я сказала, что пойду с ней выпить, а дальше посмотрим. А она сказала, что ты не будешь возражать.
– Правда?
– Ага…
Мы молча шли по берегу. Тени бежали за нами, хотели спрятаться от полуденного жара.
– И ты серьезно решилась на это вроде бы романтическое свидание?
– Нет, конечно, – улыбнулась она и, сощурившись, посмотрела под ноги. – Лиза любила флиртовать. Удержу не знала. Я ей подыгрывала, потому что ей это нравилось.
– Карла, прости, что меня не было. Прости, что я ее не остановил. Прости, что тебе пришлось обнаружить тело. Хотел бы я избавить тебя от этих воспоминаний.
– Прелесть прошлого заключается в том, что его нельзя изменить. Ты не мог ничего сделать – ни тогда, ни сейчас.
– Трудно тебе пришлось… ну, когда ты ее нашла…
– Дверь была распахнута, – сказала Карла, глядя под ноги. – Лиза лежала на кровати. Я решила, что она заснула, а потом заметила пакетик с таблетками, бросилась ее трясти, но поздно… Она уже остыла. Я позвала сторожа, попросила вызвать «скорую» и полицию… Увы, она умерла.
Я обнял ее за плечи, и она по-супружески прильнула ко мне.
– А кто с ней был? Кто дал ей эти таблетки? – спросил я.
– Пока не знаю. Вот пытаюсь выяснить, но я в этих кругах давно не вращалась.
– А когда тебя… допрашивали, что говорили?
– Ничего особенного. Их больше всего ты интересовал, прямо пинками допытывались, – сказала она. – Нет, понятно почему: ты исчезаешь из города, а твоя подруга умирает – или все было наоборот?