А сейчас он валяется на огромной кровати, в своей личной питерской квартире — «норе», и никуда не спешит. Словно попал в безвременье.

И нашедшие его тут проблемы были такими маленькими, словно игрушечными. Люди мучались, страдали, а его это почти не задевало. Очерствел? Ну и пусть.

Голодно заурчал желудок. На улице перед окнами пиликнула сигнализация — кто-то спешил на работу. Заработал двигатель, зашипели колеса, проезжая по луже. Запахло бензином — у антропоморфов острый нюх, даже в человеческом обличье, — к городским запахам и шумам Леру приходится привыкать.

На новом месте было в новинку, он прислушивался и принюхивался. Хлопнула дверь подъезда, затем лифта. Загремела кованая решетка, спустя некоторое время заработал двигатель подъемника. Этаж за этажом. Странно. Проехав пятый этаж, лифт не остановился. Лер напрягся.

Да кому он тут нужен? Вечная Тень великой Ди в отпуске. Раздался гул открывающейся двери лифта. Тяжелые шаги к двери, явно мужские. Пауза, потом тихий, словно шуршащий звук. Казалось, стальную дверь пытались открыть фантиком. Снова шаги, возвращающиеся в лифт. Шум грохочущей шахты. Спустя несколько минут непрошеный гость покинул дом на Васильевском.

Немного подумав, Гуло поднялся с постели, так и не потрудившись одеться, и подошел к входной двери. Глазка на ней не было, и ручек с замком тоже. Вспомнив, каким забавным способом он попал вчера в свою квартиру, Лер снова приложил ладонь к теплой, словно бархатной внутренней поверхности двери. Раздался щелчок, и она открылась. Из дверной щели на порог упала записка, написанная на обрывке выдернутой из дорогого ежедневника мелованной страницы.

Записка гласила:

«Ты ей не нужен, уходи».

Прочел. Удивленно оглянулся на лестничную площадку еще раз. Кроме этого лаконичного послания, ничего больше анонимный гость ему не оставил.

Создатель. Как смешно, нелепо и глупо. Можно было и не утруждать себя явкой под дверь. Кому он нужен? Ди? Ровно до того момента, пока она не пройдет этап ее инкарнации. Есть еще в этом мире некие «они», на необходимость которым он мог бы претендовать? Разве что вытереть беременные сопли Аленке при случае, выслушав очередную душещипательную семейную историю. Ох уж эти люди…

Вдруг развеселился. Захлопнул дверь и, мурлыкая, пошел на кухню готовить завтрак.

Хотели ранить, а ведь он неуязвим. И никому не нужен. Не вышло.

Завтрак вышел холостяцким. Готовить Валерий умел и любил, когда-то пришлось освоить эту немудреную науку, подкармливая Венди, истощенную после очередной смертельно опасной операции по спасению мира. Он тогда отделался исполосованным магическим оружием телом, а из нее едва не вытащили все доступные морфу воплощения.