Тем не менее, ее мучил один вопрос.
— Ты не знал? Как так получилось? — Ди задала его вслух.
— Не знаю. Просто никогда в этом мире мы раньше и не пересекались. Я даже не уверен, что твоя подруга знает, кто я.
И мысленно: «А вот кота ее я знаю отлично. Не было бы рядом такой очаровательной хозяйки, и купался бы Леня сейчас в море. Далеко-далеко. Потом расскажу. И кстати — видимо, он отлично знал, что я тут. Не просто так бегает на четырех, задрав пушистый хвост».
Ого! А Ленечка-то наш парень непростой. Хотя вот чего-чего, а впечатления простофили гном не производил никогда.
Арина услышала Пашин ответ и развернулась к их столику, удивленно поднимая бровь. Левую. Она всегда поднимала ее, когда злилась.
— Вы, как я успела заметить, невоспитанный наглец и невежа. Думаю, это все, что мне стоило знать о вас.
Слушавший их очень внимательно Фил снял очки и внимательно посмотрел на Павла своими серыми глазами. Очень серьезно, словно предупреждая.
— Павел Канин к вашим услугам, сиятельная сьерра Арина. И прошу извинить меня за возникшее недоразумение, причину которого вам обязательно откроет ваш хвостатый спутник.
— Непременно.
Арина настолько явно была шокирована новостью, что даже привстала, разглядывая Пашу. Похоже, они оба воображали себе совсем других конкурентов.
— Забавно. — Паша вдруг встал и подошел к ней. Взял осторожно руку, внимательно ее разглядывая, и медленно поцеловал запястье, внимательно глядя в глаза ведьмы. — Знаете, я восхищен. Вы действительно необыкновенная.
Он перевел взгляд на занервничавшего вдруг Фила и отпустил руку Арины, нарочито медленно продемонстрировав ее суровому спутнику свое магическое обручальное кольцо на безымянном пальце правой руки.
Для посторонних, случайных прохожих все происходившее в кафе было лишь маленьким элементом курортной жизни. Флирт? Знакомство? Кто знает.
А вот для инициированных и законопослушных иных, среди которых вряд ли можно было найти тех, кому не были знакомы эти две легендарные личности, для них в кафе Гурзуфа разыгрывалась битва титанов.
Каждый жест, каждый взгляд был точно рассчитанным ударом. Противники провели разведку, взвесили силы конкурента, продемонстрировали свои возможности и… с уважением отступили.
С некоторым даже восхищением. Павел, невозмутимый и такой правильный Канин, так и вовсе был сражен наповал, причем не только и не столько силой Арины-ведьмы, сколько магической красотой Арины-женщины.
Судя по стремительно потемневшему взгляду Фила, он тоже это отчетливо увидел.
Знакомство великих состоялось.
16. Страсти после двадцати двух