— Вы поехали, — подсказал я, а заодно поторопил.
— Поехали. Полным составом: я, Томас, Дино, Лука и Гаретти. Змей ждал, где условились. Начали выяснять обстоятельства. Он сказал: “Клуб на моей земле, я предупреждал Лоренцо. Убирайтесь”. Я возразил достаточно мягко, что земля спорная. У нас договор с Диего. Змей сказал, что договор больше не действует.
— И?
Пауза. Долгая. Я слышал, как Фабио дышит.
— Началась стрельба.
Я закрыл глаза.
— Кто первый?
— Я не видел, дон.
— Фабио.
— Я не видел. Мы стояли внутри. Томас был у входа. Стреляли от входа. Сначала один выстрел, потом ещё. Я успел упасть за верстак. Когда поднялся — Томас лежал, Дино лежал, Лука и Гаретти отстреливались. У латиносов трое холодных. Змей ушёл. Мы вытащили наших.
— Томас?
— Тяжело ранен. В живот и в плечо. Дино — в грудь. Обоих повезли к Ковачу.
Подпольному хирургу. Сыну того Ковача, который залатал меня двадцать лет назад в доме Сальваторе в Куинсе. Сейчас раненых возили в Брайтон. Ковач-младший брал наличными, не пренебрегал сильными наркотиками для обезбола и красиво штопал любые раны.
— Шансы у парней есть?
— Ковач говорит, что если доживут до утра, то считай Дева Мария поцеловала их в темечко. Плохо дело, дон.
Я открыл глаза. Кухня была той же. За окном тускло светил фонарь. Виски стоял на столе. Но что-то изменилось. Что-то, что я не мог назвать.
Элена
Я не уснула.
Сначала мешало платье, которое я бросила на кресло вместо того, чтобы повесить. Потом — тишина. Потом я вспомнила Лоренцо и то, как Алессио оборвал мой вопрос.
«У меня дела».
Очень содержательно.
Я перевернулась на другой бок и натянула одеяло до подбородка. За дверью никто не ходил. Дом давно затих. Даже охрана во дворе двигалась бесшумно, словно людей специально учили не мешать дону спать.
Только дон, кажется, спать не собирался. Телефон показывал без двадцати три.
Я продержалась ещё минут десять, потом сдалась. Во рту пересохло. Можно было воспользоваться ванной, но вода из-под крана здесь пахла железом. На кухне должна быть бутилированная вода. Отличная причина спуститься вниз.
И совершенно не связанная с желанием проверить, вернулся ли Алессио к себе.
Я накинула халат и вышла в коридор.
На первом этаже было темно. Свет горел только в холле у лестницы, а дальше начинались тени. Я уже почти дошла до кухни, когда услышала тихий стук стекла о дерево.
Замерла. Ещё один стук. Стакан поставили на стол. Я осторожно заглянула внутрь.
Алессио сидел у окна. Свет он не включил. За стеклом горели фонари, и этого хватало, чтобы различить его силуэт. Белая рубашка, расстёгнутый ворот, рукава закатаны. Перед доном стояла почти пустая бутылка виски. Ага, а стакан был почти полон.