— Точно? — спросила я.
— Точно. Но если она будет с капюшоном, вернёшь.
— Ты очень требовательный заказчик.
— А ты не слишком старательный исполнитель.
Я посмотрела в корзину. Поймала.
Когда мы закончили, на карте осталось больше половины. А ведь я обнаглела и купила для сестры ноутбук, киндл и увлажнитель воздуха. Интересно, Алессио разозлится, если я действительно потрачу все деньги? Или разозлится, если не потрачу? Ещё я купила обычные чашки для малой столовой, два полотенца и лампу для своей комнаты. У Марии наверняка было всё это в запасе. Мне хотелось выбрать хоть что-нибудь самой.
У кассы телефон завибрировал. Сообщение от Алессио: «Хватило?»
Я посмотрела на общую сумму.
«Более чем».
Три точки появились и исчезли. Потом пришло: «Я сказал потратить всё».
Разумеется. Приказ дона нельзя оставлять без исполнения, даже если речь идёт о шторах.
По дороге домой я нашла организацию, которая помогает подросткам после переезда из временных центров: одежда, учебные принадлежности, обычные вещи, о которых не спрашивают в суде. Я проверила адрес и условия пожертвования, потом перевела почти весь остаток с карты.
Последние сорок семь центов приложение не пропустило. Я потратила их на бумажный пакет в магазинчике у ворот. Теперь на карте был ноль.
Пакет оказался таким тонким, что порвался, едва я вышла из машины.
Достойный итог моей первой поездки за покупками в качестве жены дона Лучиано.
***
Алессио нашёл меня в библиотеке. На полу лежали образцы тканей и порванный пакет. Я пыталась вытащить из него альбом Софии так, чтобы не помять уголки.
— Ты покупала пакет отдельно?
Я подняла голову.
— Он понадобился.
— Похоже, ненадолго.
Он присел, забрал альбом из моих рук и положил на стол. На экране его телефона одно за другим светились уведомления.
— Шторы, книги, лампа, ноутбук… — перечислил он. — Взнос в фонд?
— Да.
— На большую сумму.
— Вы велели потратить всё.
Он посмотрел на меня и вдруг рассмеялся. В первый раз так громко. Не усмехнулся уголком губ, не хмыкнул. Рассмеялся, опустив голову, будто стеснялся своего веселья.
Алессио
Элена сидела в библиотеке, на диване у окна. Рядом лежал альбом Софии — тот самый, с помятыми углами, который она вытаскивала из порванного пакета. На коленях — телефон, экран погашен. Она не читала, не писала. Просто сидела.
— Не спишь? — спросил я.
— Жду вас.
Я прошёл к столу, достал вскрытый конверт и положил перед ней. Она читала молча. Я ждал.
Первая страница была короткой: Марко Витале, пятьдесят три года. Двоюродный брат покойного отца Элены. Проживает в Нью-Джерси, владеет двумя компаниями по аренде недвижимости. Судимостей нет. Задержаний нет. Заявлений в полицию три. Все от женщин. Ни одно не дошло до суда.