Элена
— Найдите мне мужа, дон.
Я произнесла это и только потом вспомнила, что вообще-то сначала следовало бы поздороваться.
Алессио Лучиано поднял глаза от бумаг. Посмотрел на меня, на дверь за моей спиной и снова на меня. Во взгляде его карих глаз читалось “Ты ничего не перепутала?”, но злости я не разглядела. Поэтому я могла искренне верить, что выйду из кабинета дона живой. А если мне сильно повезёт, то ещё и невредимой.
— Повтори.
Вера в невредимость немного поугасла.
— Найдите мне мужа, — сказала я уже гораздо тише, немного подумала, а затем добавила: — Пожалуйста.
Последнее слово было лишним. Я поняла это по тому, как дрогнул уголок его губ.
За три недели я успела побывать в полиции, в морге, на похоронах и в кабинете женщины, которая объяснила, почему Софии пока нельзя жить со мной. Мне казалось, унизить меня сильнее уже невозможно. Оказалось, достаточно прийти к Алессио Лучиано и попросить у него мужчину.
— Все свободны, — сказал он.
Охранник, стоявший у двери, вышел. Щёлкнул замок.
Я обернулась. А потом одёрнула себя. Если бы дон собирался меня убить, дверь ему не помешала бы. Охранник тем более. Отличная мысль для начала переговоров, Элена. Очень успокаивает.
— Ты пришла одна?
— Меня привёз ваш человек.
— Я спрашивал не об этом.
— Одна.
Он отложил ручку. Папа в его возрасте тоже так делал, когда хотел, чтобы собеседник понял: теперь он слушает. От сходства стало больно. Я крепче сжала ремешок сумки, стараясь найти спокойствие в кожаном жгуте.
— Сядь.
— Я ненадолго.
— Тогда проведёшь это время сидя.
Я подошла к креслу, но прежде чем сесть, вытащила из сумки письмо. Оно застряло в подкладке. Пришлось дёрнуть сильнее, и вместе с ним на пол выпала фотография Софии. Девять лет, два молочных зуба ещё не выросли, мороженое на носу.
Я присела за снимком так быстро, что голова закружилась.
— Твоя сестра? — спросил Алессио.
— София.
Сейчас ей четырнадцать. И она уже не улыбается, когда я прихожу на встречу. Сначала притворялась, чтобы я не расстраивалась. Потом перестала. Кажется, мы обе устали делать вид, будто всё хорошо.
Я убрала фото обратно и всё-таки села. Дон дождался, пока я протяну ему письмо.
— Мне отказали в размещении Софии у меня, — сказала я. — Окончательное решение ещё впереди. У меня есть время подать новые документы, но его мало.
Алессио развернул лист.
— Не хватает подтверждённого дохода, подходящего жилья, — перечислила я раньше него. — Родительский дом закрыт из-за расследования. Я снимаю комнату. Работала у отца, но официально там числилась на полставки. Жалование крошечное, чисто символическое. Я знаю всё, что написано в письме. Читала раз двадцать.