Голицын невольно отметил, что у паренька и голос стал ломаться. Пока мальчишеский, но нет-нет, да и прорвётся эдакий басок. Ну да, скоро четырнадцать, пятнадцатый пойдёт. Это для сестёр он маленький, меньшой, кроха, а меж тем сей малыш украдкой на прелести горничных поглядывает, сам наблюдал.

Кстати, в ближайшее время стоит и об этом подумать, а то великие князья и тут на упреждение сработать могут, подсунув кого-нибудь. Как там оно называется? Кажется, «медовая ловушка». А супротив естества не попрёшь. Ночная кукушка — великая сила. Надо будет Лайме сказать, чтоб занялась поиском… приличного варианта. Но об этом потом.

— Выход есть, — подтвердил он.

— Иначе говоря, сценарий новой пьесы вы успели написать, господин… Горький? — с довольной улыбкой уточнил мигом повеселевший Алексей.

— Само собой, — кивнул Виталий. — И название имеется.

— «На дне»? — язвительно поинтересовалась Ольга.

— Скорее «Наверху», — поправил её Голицын. — Более того, я и роли успел расписать, кому какую, включая наш с Алексеем Николаевичем тандем. Но на сей раз наиглавнейшие отведены не мне, а вам, государь, и двум вашим старшим сёстрам.

— Нам? — растерянно переспросила Ольга.

— Конечно. Разумеется, и я поучаствую… в паре эпизодов, однако основные партии на самом Регентском совете вести именно вам. Впрочем, и до заседания тоже. Есть у меня одна задумка…

— Да вы не волнуйтесь, — снисходительно улыбнулся опешившим сёстрам юный император. — Я на встречах со всякими делегациями поначалу тоже боялся, будто у меня не получится. Но господин Герарди не зря Виталия Михайловича Станиславским называет. Он вам обо всём заранее расскажет, в подробностях объяснит и растолкует. А может, и репетицию проведет, — юный царь хихикнул. — Вы, Татьяна Николаевна, встаньте туда и изобразите нечто вроде смущения. Вам же, Ольга Николаевна, в это время надлежит сказать следующее…

— Меж тем Мария Николаевна трепетно возьмётся за руку, а Анастасия мило улыбнётся… — продолжил Голицын, которому передалось шутливое настроение юного царя, но оказался перебит Татьяной.

— Про Марию с Анастасией вы, князь, надеюсь, сказали в шутку?

— Отнюдь, — возразил посерьёзневший Голицын. — Не забывайте, вас пятеро, как пальцев на руке. И во время осуществления моей задумки они должны быть заодно, то бишь сжаты. Все пять, — подчеркнул он, демонстрируя собственный кулак. — Иначе успеха не добиться.

— Но они такие юные. Почти дети, — неуверенно протянула Ольга.

— И в Регентский совет не входят, — напомнила Татьяна.

— Потому и рольки мы им дадим второстепенные. На подхвате. А что в Совет не входят, значения не имеет. Напоминаю, что первоочередная наша с вами работа будет связана не с заседаниями, а с иным. Что же касаемо возраста… Самый юный из вас, напомню, император. Тем не менее, он не раз успел сыграть в моих… гм… пьесах, притом заглавную роль. И Мария Николаевна, напоминаю, тоже. Причём оба — весьма блистательно, не зря наград удостоены. И вообще… Когда настают тяжелые времена, люди в большинстве своём весьма рано взрослеют. В качестве наглядного примера…