— Верно, — ответил Тони, — Странствующий врач, умный до гениальности, но с очень скверным характером. Додумался поссориться с Фуггерами из-за того, что препарат гваякового дерева недостаточно эффективен от французской болезни. Теперь ему запрещают практиковать в каждом втором городе, а мы не можем нанять его к себе.

— У него и без нас есть хороший покровитель, — сказал Фредерик, — Многовато он чудовищ видел для того, кто до сих пор жив. Хотел бы я знать, кто это.

— Покажи, какие чудища там были, — сказал Тони и открыл верхнюю книгу.

Оказалось, что у немцев есть книги, где они описывают чудищ. С цветными иллюстрациями и с подробнейшим описанием.

Из книги Парацельса Ласка не узнал никого. Другая книга содержала страницы с иллюстрациями и текстом на польском, переплетенные в чередовании со страницами перевода на немецкий. По этой книге Ласка опознал ведьм, оборотня, лешего, водяного, кикимору. Пары чудищ в книге не нашлось, и Тони их зарисовал по описанию. В третьей книге под деревянной обложкой лежали непрошитые листы с рисунками и сопроводительным текстом. По-видимому, плоды изысканий Службы Обеспечения.

С поющим колдуном и зеленоволосой ведьмой Ядвигой Фредерик раньше сталкивался.

— Та еще парочка, — сказал он и почесал правую ногу, — Живучие до изумления.

— Встречались?

— Было дело.

— У вас в книге еще Вия нет.

— Ты ушел от Вия живым? — удивился монстрописец Тони.

— Но Вий от него живым не ушел, — ответил Фредерик.

— Что он такое? — спросил Ласка.

— Король гномов, только не наших, а восточных. Там у них все сложно, мы еще не разобрались. У восточных чудищ общество устроено сложнее, чем у наших тут. Есть истинная сущность, а есть вид, в котором они людям показываются. То, что вы называете «водяной», «кикимора», «русалка», это не виды чудищ, а на человеческий взгляд должности. Те же водяные в неделе пути друг от друга могут быть друг другу вообще не родня и по сути другая тварь. Кто-то может происходить от тех еще духов, которые мало не с сотворения мира род ведут. Кто-то бывший человек, которого ребенком из нашего мира забрали. Один польский колдун начал писать энциклопедию наук, послал черта составить классификацию восточных чудищ. Черт со сломанной ногой вернулся, пан главу про чудищ из книги убрал. Но мы добыли черновик. Перевели, переплели, тебе показали.

— А что за колдовство с ожившими мертвецами? В ваших книгах такого нет. И у нас слышал сказки про покойников, но они там толпой при оружии не ходят.

— Totentanz. Пляска смерти. Когда лет двести назад началась чума, по всей Европе лежали горы неотпетых покойников. Некоторые колдуны, а колдунов чума не берет, решили, что будет очень забавно попробовать их поднять. Попробовали. Получилось. Заставляли покойников плясать и в барабаны бить. Как только ни глумились. Ну и воинов, конечно, поднимали для таких вот дел.