Раз уж пан считал нужным держать открытый стол в большой столовой, то для того, чтобы говорить по делу не во всеуслушанье ему требовалась и малая. Стол поскромнее, человек на шесть. Стулья вместо лавок. Снова камин, только поменьше. И огромный буфет. На стенах семейные портреты, на буфете красовались кувшины и кубки в том числе, из цветного стекла.

Ласка снова поискал глазами красный угол с иконами и снова не нашел. Решил, что пан католик, на этом и успокоился, просто перекрестившись.

Первым делом на закуску принесли мачанку. Горшочки с тушеным в густом соусе мясом и блины, чтобы туда макать.

Под мачанку выпили по чарке-другой крепкой местной настойки. Ян рассказывал полоцкие городские сплетни. Вольф отмалчивался. Ласка сказал, что он сын боярский и проболтался, что водку гонит. Поговорили о водках и прочих крепких напитках. Люциус знал столько, что хоть записывай.

Где-то в доме хлопнуло.

— О, виват, — обрадовался Люциус, — Как раз вовремя. Ты знаешь, мой московский друг, что такое бигос с виватом?

— Бигос это мясо, тушеное с капустой, — ответил Ласка, — А виватов отродясь не ел.

— Горшок с бигосом закрывают тестом и ставят на огонь. Как прогреется, тесто рвется с хлопком. Вот это, у нас говорят, виват.

Прибежали слуги, принесли большой котел с бигосом, где маринованная говядина и капуста утушились чуть ли не до однородного состояния. Под бигос выпили еще понемногу.

— Ходит слух, что под Дубровно нечисть собралась, да корчму сожгла, — сказал Люциус, — Что о том деле в Полоцке бают?

— Оооо, добрый пан, это ты хорошо спросил, — ответил Ян, — Тут с нами добрый молодец, который в той самой корчме побывал.

— Надо же, какая удача! — Люциус как-то искренне обрадовался, как будто у него был настоящий интерес к чудищам.

Ласка рассказал столько, сколько смог запомнить. Люциус слушал очень внимательно, спрашивал, какие конкретно чудища принимали участие.

— Колдун-кобзарь? Смотри-ка, куда забрался.

— Не местный? — удивился Ласка, — На Белой Руси своих колдунов мало?

— Колдунов везде мало. Они люди штучные и всегда не на виду. Вот ведьм чуть не в каждом селе. Правда, слабые они обычно. Но ведьмы. А колдунов днем с огнем не сыщешь, когда понадобятся. Верно, Ян?

Ян кивнул.

— И все поют? — спросил Ласка.

— Каждый по-своему чудит. Кто-то ростовщичеством балуется, кто-то девушек из приличных семей ворует. Кто и в мельника поиграть может, да, Ян? Но всем колдунам далеко до пана Твардовского из Кракова. Вот он чудит так чудит. Однажды гору перевернул. Другой раз на коне сквозь дом проехал. Да еще и верхом на петухе летает. А наш общий знакомый всего-то странствует как бродячий музыкант.