— Крови вашей проливать не хочу, — сказал Ласка, — Дайте по-хорошему пройти.

Стоит схватиться за саблю первым, и сразу будешь виноватым для всех вокруг. Они тоже это понимают. Только они вон какие здоровые. Мало не как братья Петр и Павел.

— А не дадим, то что?

— Пойдем другой дорогой, время есть, — шепнул Вольф по-немецки.

— Не дадут, — ответил Ласка, — Готовься на кулаках.

Знакомцы Бельского надвинулись вплотную. Как назло, никто не спешил ни вверх, ни вниз. Здесь вообще никто никуда не спешит. Люди, шедшие по своим делам, в основном, христиане, останавливались посмотреть и совершенно закупорили проход и вверх, и вниз.

— Морду набью, — сказал Ласка.

Мелькнула мысль, что для татар и вообще для правоверных мордобой — совершенно непристойное деяние, примерно как богохульство или матерное оскорбление. Бить людей по лицу им запретил не то Аллах, не то Пророк. Вот бороться татары умеют, не отнимешь. Как отнесется люд вокруг? Не схватят ли?

Василий, державший правую руку на рукояти сабли, а левую на ножнах, ударил наотмашь, тыльной стороной ладони в лицо. Ласка увернулся. В недалеком детстве его учил драться не только отец, но и братья, поэтому он отлично представлял, чего ожидать от тяжеловесов.

Тут же шагнул вперед и с поворотом вбил левый кулак Василию под ребра. Костяшками нельзя бить в твердое, а в мягкое можно и нужно. Сразу с правой такой же удар и шаг назад. Правда, не успел. Василий выбросил вдогонку левую руку и сгреб в пятерню кафтан на груди.

Второй бросился вперед и попытался схватить Ласку за плечо, но Вольф встретил его отменным ударом в лицо. Как раз костяшками, будто у немцев руки казенные. Столкнувшаяся с кулаком голова второго осталась на месте, а ноги сделали еще шаг, и он рухнул на спину.

Батя учил, что захват за одежду это подарок врагу. Схватил — сразу бросай, а не можешь сразу бросить, то и хватать нечего. Ласка накрыл руку Василия левой, а правой подтолкнул его под локоть, одновременно делая шаг и поворачиваясь влево. Парень полегче воткнулся бы головой в землю, а то бы и рука сломалась.

Василий устоял на ногах, вывернулся из захвата и сразу же выхватил саблю. Народ вокруг с аханьем отскочил назад, насколько мог, и толпа с обеих сторон так уплотнилась, что сбежать стало совершенно невозможно. Не то, чтобы прямо толпа в десятки человек, но много ли надо на горной дорожке, где два всадника с трудом разъедутся.

Ласка и Вольф одновременно схватились за оружие, только Ласка успел, а Вольф нет. Василий, продолжая движение, которым выхватил саблю, вытянулся и полоснул немца по правой руке, потом тут же отбил удар Ласки и перешел в атаку.