Ласка бился дольше всех. Изогнутая сабля никак не давала дотянуться до врага острием, а на расстояние рубящего удара тот не подпускал. Козимо сильно превосходил в перемещениях. Только что он атаковал спереди, и вот уже слева. Раз, и его нет там, где проносится сабля. Два, низкий выпад, сабля пролетает над головой. Три, и снова укол в сердце, парировать который улетевшая в пустоту сабля опять не успевает.

Но итальянец средних лет начал уставать раньше, чем его молодой визави, и, что еще хуже, начал злиться. Злость — плохой советчик в том случае если твой противник хитрее и быстрее змеи. Козимо немного пригляделся к сабельной тактике и атаковал. Рассчитывая, что Ласка будет бить навстречу, целясь в пальцы, не довел своей атаки до конца, а поменял направление удара и рубанул в летящую навстречу саблю. Сразу же подшаг и удар в голову.

Ласка чудом не выронил оружие, но успел взять защиту и ответил ударом с широкого замаха. Козимо повторил тот же ход. Встречный удар в саблю и тут же два удара в шею, прямым и обратным лезвием меча.

Ласка отбился, но к своему удивлению тоже начал уставать. Римлянин, хотя и запыхался, но еще не настолько, чтобы наделать ошибок. Контролировать оружие одной рукой, против то одной, то двух рук противника становилось все сложнее.

Взял защиту. Грубо, так, что от столкновения клинков выбило искры. Ударил в ответ. Специально, таким же образом, как в прошлый раз. Козимо повелся и снова ответил таким же, как в прошлый раз ударом в легкую саблю, чтобы отбросить ее подальше и успеть поразить ловкого парня быстрее, чем он вернет оружие в защиту.

Сейчас изогнутый клинок поменял направление, уходя от столкновения с длинным мечом, нырнул вниз, описал дугу и полетел вперед. Должен был непременно ударить в тело, но снова столкнулся с мечом.

Козимо со своим многолетним опытом успевал брать защиты. Хотя на этот раз уже не вывел меч в контратаку. Руки устали. Но и Ласка опасался, что скоро совершит ошибку и очередным ударом в клинок у него просто напросто выбьют саблю из рук, а жить он после этого будет недолго.

— Может, хватит? — крикнул Бенвенуто, — Оставь мальчишку!

Козимо отступил на шаг, взмахнув перед собой мечом, чтобы отбить удар, если бы вдруг Ласка не услышал. Ласка тоже отступил.

— Ты хорош, — сказал Козимо, часто дыша.

Он сильно устал, и по его лицу стекали струйки пота. Правильно все-таки батя говорил, немцам передыху не давать. Еще бы немного и сам бы упал. Козимо снял шапку и вытерся рукавом.

— Вольф! — крикнул Ласка и подбежал к раненому.

— Главное, до дома меня донесите, — прошептал Вольф, — И осторожно, не дергайте.