— Видишь ли, Сеургей, политика правящей семьи весьма сложная и разносторонняя… Тавр, конечно, человек очень сложный и непростой, но он своей тяжелой рукой поддерживает в государстве железный порядок. Совсем другое дело Сетус — его младший брат… Этот развратный, подлый и кованый пьяница чинит в городе такие беспорядки, что только кровное родство с правителем спасает его от казни. Брат лорета очень опасен, и случись что с Тавром… — Витаро безнадежно махнул рукой.
Седой интуитивно почувствовал в этом повествовании что-то очень личное и, чуть помедлив, участливо спросил:
— Скажите, Вас это как-то коснулось?
Скупая слеза внезапно скатилась по морщинистой щеке пожилого человека, как-то враз сильно постаревшего и сгорбившегося. Тяжело вздохнув, он промолвил:
— Не знаю, парень, почему я тебе все это рассказываю — видимо доверяю. И моя семья когда-то жила в Тиране, здесь было лишь мое загородное имение. Все было прекрасно, пока этот… выродок не возжелал мою старшую дочь — Киру. Получив от нее категоричный отказ, эта тварь начала всячески преследовать и порочить мою дочь. Я попросил аудиенции у Тавра, изложил суть дела, в ответ на что мне был дан ответ: «Не клевещи на особу крови лоретов, жалкий дворянин! Пшел вон!»
После этого нам ничего не оставалось, кроме как переехать сюда. Я надеялся, что расстояние охладит пыл разнузданного негодяя. К тому же в городе полно распутных девок, способных сгладить горечь потери принца. О, как же я ошибался! — Витаро воздел руки к небесам. — Не прошло и месяца, как подручные Сетуса выследили нас. Однажды на закате с десяток всадников во главе с этим исчадием ада ворвались в мое поместье. Сетус был изрядно пьян. Он едва держался в седле, скрежетал зубами и вопил:
— Кира, сегодня ты станешь моей!!!
— Я успел посадить дочь на самого резвого кейсана, — продолжил Витаро, — и огрел его плетью так, что, взревев, он стрелой метнулся в сгущающийся лесной сумрак. Один из людей Сетуса заметил бегство Киры и вся кавалькада устремилась за ней вслед. Я и мои люди наспех вооружились и бросились в погоню за варварами. Целую ночь мы блуждали по темному лесу, но так и не вышли на след, ни Киры, ни похитителей. Видимо, изувер сумел поймать мою дочь, и одни только Боги Зетро знают, где она теперь! И вот, лишь под утро мы наткнулись на твое место битвы с квахо…
Витаро ненадолго умолк, а затем, словно отгоняя невеселые мысли, сменил тему:
— А ты молодец, парень! В одиночку разделаться с семью квахо… Сомневаюсь, что кто-либо из знакомых мне людей мог бы совершить подобный подвиг. Мы проследили весь путь вашего сражения до самой деревни нелюдей.