— Ну, не переживай так раньше времени! — попытался успокоить Дмитрия Решетов. — Охрана корабля, как ты говоришь, находится на должном уровне. Все… ммм образцы содержатся в саркофагах, так?
— Да, но я видел все это лишь краем глаза!
— Тем более у нас причин как можно быстрее переговорить с лоретом. Кстати, по окончании боя я заметил ужас, застывший в глазах правителя и крикнул ему, что желаю пообщаться с ним. Даст Бог, он не замедлит явиться сюда. Ты бы видел, насколько все были шокированы этим необычным воином! Люди не идиоты и, заподозрив, что где-то поблизости могут оказаться другие подобные создания, впадут в панику. Я считаю, что затягивать с визитом — не в интересах лорета.
Глядя, как Дмитрий Сергеевич в волнении измеряет суетливыми шагами узкое пространство своей камеры, Седой негромко произнес:
— Дмитрий, успокойся! Я уверен, что Тавр сегодня же посетит нас. Сидя в наших клетках, мы можем только надеяться и ждать… — Сергей замолк, вспомнив Милану, Витаро и его людей… Что будет с ними, если…
Вечером откуда-то из глубины коридора раздалась пьяная брань, сдавленные крики и глухое рычание крупного зверя. Задремавший было, Сергей мигом оказался на ногах и припал к решетке — непохоже было, чтобы Тавр вваливался в темницу подобным образом. Вскоре в коридоре появилась свирепая морда самого крупного азаро, какого только довелось увидеть Решетову. Зверь скалился, глухо рычал и разбрасывал во все стороны капли мутной слюны. Толстую шею пса сжимал строгий ошейник, который был прикреплен к деревянному шесту таким образом, чтобы пес не мог достать своими острыми зубами того, кто его вел. Едва из-за поворота показался силуэт, держащий это хитроумное сооружение, как Седой тут же опознал в нем принца Сетуса. Пошатываясь и грязно ругаясь, выродок царского рода подошел к клетке Сергея.
— А-а, проклятый сомбарец, член Зетро тебе в глазницу! — мутные глаза принца злобно уставились на Решетова. — Будь на то моя воля, ты не прожил бы сейчас и пяти минут! Тебе и в этот раз удалось вывернуться, заноза в заднице Зетро!!!
— Объясни мне, уважаемый принц — чем вас всех так прельщает эта пресловутая задница? — хмуро усмехнулся Седой и пнул псину, которая пыталась просунуть свою мерзкую морду между прутьев клетки — та, злобно взвыла и принялась грызть стальные прутья. — В этом есть что-то сугубо личное, или все вы являетесь почитателями сиятельных задниц?
Принц заскрипел зубами и попытался плюнуть в Седого, но слюна пьяницы была слишком вязкой и, рванувшись было изо рта вперед, тут же осеклась и повисла на груди Сетуса.