Абэлис. «Гойя». Окрестности Джанги
Вообще-то, генерал Абэлис не любил аргианский скотч. Его больше устраивала акватика — мало, крепко, вкусно и без похмелья.
Но Мерис не признавал экзотианские напитки, да и жалко было переводить на него «священный сок». Потому над столом плавала во льду бутылка скотча, один вид которой вызывал у комкрыла тоску и головную боль.
Мерис задерживался. А циферки на электронном табло всё менялись — до оговорённой встречи с Локьё оставалось четыре часа двенадцать минут, и по уму уже надо было бы собираться, если бы не отложили до состояния «по готовности».
«Может быть, нет в часах никакого электричества? — подумал вдруг комкрыла, глядя, как исчезают в небытие изображающие время светящиеся точки. — Это просто особая энергетическая субстанция, налитая в пластиковый ромб? И она всё вытекает и вытекает. И когда-нибудь закончится».
Генерал Абэлис встал, прошёлся по капитанской. «Ну, где Мерис? Никуда не годно так опаздывать! В конце концов, уже без пяти минут как война!»
Он рухнул в ложемент, стряхнул упавшие на глаза волосы, и помахал ладонью, оживляя экран. Сейчас он напишет Мерису, что не намерен переносить встречу с Локьё. Сейчас сообщит дежурному, что готов и… Пусть особист вертится, как хочет.
Экран принял код и сменил картинку звёздного неба на голубизну автотекста.
Однако генерал не успел набрать почти ничего. Звякнул вызов и Мерис сам вспух прямо поверх рваных строчек.
По экрану побежала багровая накипь: «Выделенный канал».
Абэлис кивнул: «Принять».
Мериса заполосило, но фильтр снова собрал картинку, чуть, впрочем, более плоскую. Замполич, похоже, находился совсем не так близко, как планировал.
— Доброго тебе… сколько там у вас натикало? — спросил он хмурясь.
Вид у генерала Мериса был небритый, мрачный и стеклянно-трезвый.
— Я вижу, ты тоже не праздновал? — сдержанно поинтересовался Абэлис. — Давай перенесём разговор? Через четыре часа я должен быть на «Леденящем».
— Забудь, — бросил Мерис, покосившись за спину. (Наверное, кто-то вошёл). — Вон отсюда!
Абэлис вздохнул. Бутылка была открыта, он на неё уже покушался. Может, плеснуть граммов сорок?
Но налил воды.
— Что-то случилось?
— Министр потребовал от Колина голову Локьё. И заставил его подписать назначение. Ты знаешь какое.
Генерал знал: лендслер сорок лет отбрыкивался от должности командующего объединёнными силами Юга. Если он подписал, значит, в министерстве нашли, наконец, рычаг.
Абэлис снял со льда скотч. Плеснул едва на палец…
— … Локьё в курсе. Мне сообщили, что на Готто видели его людей…
Голос Мериса словно бы отдалился.