Не знаю, о чём думал эрцог, но и он — посопел-посопел и уселся на своё место.

— Вообще-то, капитан себе не начальник, — напомнил я миролюбиво. — Прикажут убираться, может, и уберусь.

— Ладно, Хэд с тобой, — выдохнул эрцог. — Когда ты ещё не родился, мы воевали с хаттами, ты в курсе?

Я кивнул. Историю войн я знал гораздо лучше истории цивилизации.

— Помнишь, в чём состояла проблема? Хатты были довольно странными гибридами машин и живой плоти. И если в космосе подбитый корабль не давал шансов ни нам, ни им, то на своих планетах оборону они занимали намертво. Тогда мы взялись за разработку биологического оружия. Этакой помеси вирусов и бактерий, которые разрушающе действовали бы и на механические части хаттов и на их живую плоть. Был создан жуткий и очень агрессивный технобиологический гибрид. Борусы. Технология производства борусов хранилась в строжайшей тайне. В дэпы ничего не попало, но, учитывая неисповедимость путей разведки, твои старшие друзья могут знать кое-что.

— Я — нет.

— Вижу. После войны заводы-лаборатории, производившие борусы, были законсервированы. Но не всех это устраивало. Недавно я узнал, что получено разрешение на расконсервацию. По стечению обстоятельств, производство велось именно здесь, на Плайте. Тогда она была почти не заселена. Теперь тебе всё понятно?

— И вы стали играть против своих?

— Я был среди тех, кто применял биологическое оружие против хаттов. А эти, зеленомордые, просто не знают, с чем имеют дело. Начинка борусов, переориентированная на гуманоидов, вызовет такие последствия, что мало не покажется никому. Доволен? Понял, что натворил?

— Из-за меня вы уничтожили не все заводы?

— Именно. И времени всё меньше. А алайский корабль у меня остался только один.

— Но если планета не справится с последствиями ударов из космоса?

— Значит, не справится. Иногда разумнее потерять одну планету, чем двести.

— Но так нельзя! Там люди! Они не виноваты в том, что на их планете производят оружие!

— И что ты предлагаешь?

Я задумался, машинально обвёл глазами каюту и увидел, что Бризо лежит головой на столе, а изо рта у него течёт зеленоватая жидкость.

— Эрцог! — воскликнул я.

Но он и сам уже увидел, и нажал кнопку коммуникатора, вызывая медиков.

Прибежали трое наших, не алайских. Рысью. Скорее всего — из личной обслуги Локьё. Но привести Бризо в чувство они не смогли и утащили его в медблок.

— Некстати, — сказал эрцог. — Чай, йилан? Только не ври, я же слышу, что у тебя в горле скребёт. Велели не пить ничего у меня?

Я кивнул.

— Да, я хорошо переношу большинство известных ядов. Но травить тебя пока незачем. Стоило ли спасать, чтобы отравить? Ну?