Второе — за прогул уроков, это когда мы с Габриэлем бегали в сквер покурить. Вечер накануне я провела в бойлерной. Не люблю, когда Габриэль в таком состоянии, в каком он тогда находился, остается один, прогуливая школу. Он злился, ходил туда-сюда, как тигр в клетке. Не знаю, что произошло, пока я сидела в своем укрытии и читала «Западню» Эмиля Золя (отличная книга), но мне казалось, будто Габриэль хотел разнести все вокруг. Он часто с кем-нибудь дерется, постоянно взрывается гневом. Поэтому я предпочитаю оставаться с ним, когда ему плохо, а не идти в школу и делать там вид, будто внимательно слушаю то, что и так давно знаю.
Это Габриэлю, а не мне, следовало пойти к доктору Ассан. Он бы ей, наверное, сказал, что ненавидит папу. А ведь брат даже не замечает, как похож на него иногда. Папа не идеален, но я его все равно люблю. Часто он кладет руки мне на плечи и всем говорит: «Посмотрите хорошенько на мою сверходаренную малышку! Это моя дочь, она перепрыгнула два класса! Она станет первой женщиной-президентом, первой женщиной, ступившей на Луну! Помяните мое слово, вы еще о ней услышите». Как я могу его не любить, когда он так гордится мной. Но я не хочу, чтобы Габриэль походил на него. До слез, до кома в горле. Мы с братом поговорили об этом в тот день, когда прогуливали школу и курили в сквере сигареты, которые он стащил у мадам Мишле.
От моих слов он тогда пришел в ярость.
— Ты больная, что ли? У меня нет ничего общего с этим придурком!
Он долбанул кулаком по детской горке. Это меня испугало так же, как время от времени пугает папа, после чего я бегу прятаться в бойлерную. Я заплакала, и злость Габриэля тут же потухла, точно газовая конфорка, которую выключили под закипевшим молоком.
Брат меня обнял.
— Аби, ты же знаешь, что я никогда не сделаю тебе ничего плохого?
— Да, знаю. Но надо, чтобы ты никогда вообще никому не делал плохого.
Он вздохнул.
— Знаю, иногда я выхожу из себя, ввязываюсь в драки, но я лучше застрелюсь, чем стану таким, как он, когда вырасту.
Меня напугало то, каким тоном он это сказал. Я вспомнила об охотничьем ружье, которое папа хранил в гостиной, в посудном шкафу. Хотя охотился он, только когда к нам в гости приезжал его брат, живущий в Германии.
Если честно, мне плевать на всякие выигрыши в лотерею, умение летать как птица и всякое такое. Мне хотелось бы обладать лишь одной суперсилой: суметь сделать так, чтобы Габриэль, когда вырастет, не походил на папу, и помогать ему оставаться добрым.
Я не хочу превратиться в такую, как мама, а Габриэль не хочет стать как папа. Вот поэтому у меня возникла идея заключить соглашение.