— Хватил болтать, действуй, — скомандовал на это дядя.

Уговаривать меня было не нужно. Я лишь выждал, когда звук позёмки станет теряться в самом подходящем месте для обстрела, натянул лук, вышел из-за ствола дерева шириной в несколько обхватов приставным шагом и отправил напитанную магией стрелу в полёт. В купол сокрытия та попала, развеяв его и сделав видимыми как пятерых мужиков, так и следы на снегу, что шли за ними. А вот ни одну двуногую мишень мне поразить не удалось, оперённая смерть пронзила наст, и резко высвободившийся воздух просто разрыхлил снег. Только ману зря потратил. Правда, Эгиль не терял времени даром, тут же отправив подарок вирдману, который тот хоть и принял на спешно сотканный энергетический щит, но удержал с трудом и сильно покачнувшись. Инерция у снаряда дядьки всё-таки была дай боже. Тормод выпустил стрелу и взял первую кровь, попав в бедро одному из щитоносцев. А вот нефиг на спине полезную вещь носить, а то в решающий момент можно не успеть прикрыться.

Враг же в полной мере осознал, что его раскрыли, и начали убивать. Воины резко рванули в нашу сторону, недогоди начал сплетать заклятие. Но моя стрела оказалась быстрее, вновь заставив его переключиться на щит. Эгиль, выстрелив из своего монстра, убил наповал одного изгоя, лишённого щита. Мой брат от него не сильно отстал, загнав стрелу в брюхо второго голодранца в районе печени. А дальше им обоим пришлось бросать луки и вступать в ближний бой. С праной и тату у щитоносцев всё было, к сожалению, в порядке. Они скинули лыжи и быстрыми, широкими прыжками добежали до нас, что было весьма погано.

У дяди с Тормодом щитов нет, с одним копьём же воюется тяжело. А мы с вирдманом взаимно блокируем друг друга. Мои стрелы, напитанные волшебой и летящие одна за одной, не дают ему кинуть что-то убойное, но у меня, в свою очередь, не получается проковырять его щит. Хм, поправка, блокировали. Его товарищи сейчас закрывают две цели, ударить он может только по мне, сообразил я, сделав шаг за дерево, бросив лук, сняв с перевези рогатину и активировав один из узоров. Двигались Эгиль со своим оппонентом уж очень активно, и я боялся промахнуться стрелой, но вот молния была покорна моему взгляду и ударила точно туда, куда я смотрел, то есть в голову щитоносцу. Тот затрясся всем телом, а через мгновение лезвие копья моего дяди пробило его шею, рассекая в том числе и позвоночник. Не боец и не жилец.

Однако ублюдский вирдман придержал свой удар, так что вместо дерева, за которым я стоял, заклятие полетело в Эгиля. Не колеблясь, я прыгнул вперёд, воздвигая уже свой магический щит, который хоть и сильно прогнулся, но выдержал удар здоровенной сосульки. С ритуальной подпоркой, напоминающей пентаграмму, можно сдержать атаки и более могучего противника. Только вот радость от этого была недолгой: сбоку раздался болезненный вскрик Тормода, которого, похоже, ранили. Я же сцепил зубы и процедил: