Фростхейм, земля льдов и безымянных могил, как будто увидела, что добыча, которую она уже считает своей, решила ускользнуть в последний момент. Это эльфийское кладбище едва ли не вцепилось в нас своими снежными зубами. Но мы упрямо шли вперёд, проламываясь через встречный ветер и роя снежные норы, в которых отдыхали, чтобы после короткого сна опять продолжить путь. Припасы были строго нормированы. Физических сил требовалось много, а жрать хотелось постоянно. Прана — это, конечно, хорошо, но она не панацея, так что мы оба схуднули, наши мышцы усохли, оставив лишь жилистую и твёрдую, как камень, основу. По крайней мере, мне так казалось.
А в один прекрасный день мы всё-таки увидели сначала солнце за снежными вихрями, а потом и вовсе вышли из белой круговерти, увидев море. Я рассмеялся и выдавил из себя:
— Наконец-то.
— Ещё нет, но почти, — хохотнул Гринольв. — Двинули, у Лэйфа наверняка есть что пожрать.
— Пожрать — это хорошо, — поддержал я идею.
Мысль о свежей и горячей пище как будто утроила мои силы, и лыжню начал торить уже я. Дракар был заметен в бухте, на берегу были костры. Наши товарищи пришли сюда за морским зверем и его клыками, у них наверняка есть моржатина. Вкусная, свежая, хорошо прожаренная моржатина. Да, это не самое лучшее мясо, куда ей до свинины с говядиной. Но тому, кто столько времени жрал только солонину, да и то по чуть-чуть, на подобные мелочи плевать. Моржатина — это великолепно. Да, великолепно, моя Прелесть. Абыр. Абыр. Абырвалг!
Лейф со своими людьми встретили нас радостно и не без причин. Погода была так себе не только на материке — море тоже регулярно штормило. А в таких случаях гораздо лучше идти с годи на борту, чем без него, отправляться с сети Ран ведь никто в здравом уме не хочет. Ну и до кучи иметь за спиной минимум одного полноценного вирдмана, который может обидеться на то, что его возвращения не подождали, так себе удовольствие, а ну как действительно проклянёт с горя?
Правда, обдумывал всю эту ситуацию я крайне отвлечённо, потому что у меня было дело поважнее. Я жрал! Путь к побережью выдался нелёгким, припасы приходилось экономить, так что мой организм буквально переваривал сам себя. А сейчас дорвался до горячей, калорийной и вкусной пищи и стремился вернуть потерянное. Хорошо хоть промысловики запаслись едой в достатке, и нас с Гринольвом никто не ограничивал, а заворот кишок здесь никому не грозил. Ассоны крепче обычных людей, это не может не радовать, так что благослови боги прану.
Наевшись же так, что больше в себя уже было не впихнуть, мы завалились отсыпаться. Очухался я в палатке только часов через двенадцать и, честно говоря, не торопился шевелиться. Уж больно задолбался за последние дни. Но сон обратно не шёл, и в голове сами собой стали крутиться разные мысли. Хоть вчера я гораздо лучше работал челюстями, чем мозгами, разговор учителя с хедвигом похода мимо моих длинных ушей не проскочил. Лейф и его люди сходили сюда с прибытком, морского зверя здесь хватало, так что они набрали весьма прилично моржовых бивней. А те ценятся высоко, пусть и ниже, чем слоновая кость или бивни мамонтов. Также им удалось добыть нескольких нарвалов с их витыми горами, что тоже уйдут в хорошую цену.