— Ну и славно. Тем более всё там смутно, всё равно сказала б за ними лет через двадцать зайти, — вернула мне улыбку старушка.

— Ну, значит, у меня два десятилетия на всё про всё, срок немалый, — пожал я плечами. — Сделать можно много.

— Твоя правда, — хмыкнула бабулька, а потом встала, взяла кувшин с одной из полок и налила мне какого-то взвара в опустевший после морса стакан, — А теперь выпей да спать на лавку ложись. Тебя мой взгляд в будущее измотал больше, чем меня.

— Благодарю за угощение, — вежливо сказал я, выпив предложенное.

День был тяжёлый, мы с Гринольвом прошли немало, стремясь успеть до темноты, даже на обед не остановились. К тому же, взор бабуськи, который так напомнил мне давление от промышленного оборудования, действительно заставил напрячься. Взвар, в котором, судя по запаху, были успокаивавшие травы, стал последней каплей, и вскоре я вырубился на лавке.

Гринольв же, когда убедился, что моё дыхание окончательно выровнялось, проговорил:

— Всегда удивлялся легковерности людей. Всем ведь говоришь, что от них однажды будет зависеть судьба всего нашего народа, и никто не сомневается.

— Ну одухотворённое лицо я делать пока не разучилась, — хмыкнула Скальда. — Тем более чья б корова мычала, ты в своё время Ингеборге поверил.

— Молод был и ума ещё не нажил, — фыркнул старик на это, а потом спросил: — По серьёзному-то что сказать можешь?

— По-серьёзному… — протянула вёльва, а потом усмехнулась. — По-серьёзному задал ты мне задачку, развалина. Будущее я его не вижу, но вот прошлое у паренька определённо интересное, хоть руны доставай. Правда, Хеля с два они помогут, творение мастера не выдаст побратима.

— Значит, Локи всё-таки почтил его своим вниманием, — кивнул своим мыслям вирдман.

— Ага. И всё, что было раньше, закрывает стена огня и льда, по обыкновению этого паршивца, — хмыкнула Скальда.

— С будущим, надо думать, та же история, — констатировал очевидное Гринольв. — К нему тут давеча во снах мёртвая эльфийка приходила, видела её?

— Была такая, хоть образ и смутный. Но её кровь в нём есть, сильно разбавленная, но есть. Впрочем, оно и понятно, оно и правильно. Я почти сразу углядела, что твой подопечный северянин не на половину, а минимум на три четверти. Стало быть, хоть полуэльф, да в том эльфе ещё половина снежного, — усмехнулась старушка.

— Он бы на это ответил, что имеет честь быть наполовину ассоном, — хмыкнул годи. — Что ещё интересного увидела?

— Его мысли блуждают странными, непонятными путями. То, что вы с колдовскими узорами на цилиндрах и сферах изобретаете, лишь вершина айсберга, — покачала головой Скалда. — Там у него вообще столько всяких цифр, рисунков и чертежей намешано и перекручено, что его собственный покровитель обе ноги сломит. По крайней мере, я толком ничего не уразумела, а глубже лезть не получается. Снова пламя и лёд. Амулетик, кстати, интересный.