— Мальчик мой, мальчик мой… — только и бормотала бледная, словно тень, женщина.

— Тётя Фрэн… — едва смог выдавить из себя Джосайя, — Я приеду к Бесс в мундире, и тогда она…

— Господи, какой же ты глупый, малыш…

⁂⁂⁂⁂⁂⁂

Небо будто бы не понимало, что происходит на земле. Светило солнце, было так ярко, словно снова вернулось лето, пусть и ненадолго. Было впечатление, что в такую погоду всё должно быть прекрасно. Но били барабаны, были мрачно и страшно, отчитывая секунды. Люди стояли на улицах Столицы, смотря на едущую мимо них процессию.

Суд в Петербурге был недолгим и публичным. На нём присутствовали представители всех владетелей и государств Европы, Азии и Америки. Заставили всех, без исключения. Говорить мог кто хотел, но большинство даже не попыталось подать голос в защиту убийц самого царя. Приговор вынесли семь человек, только двое из которых были подданными русского государя, а одним из судей был даже Габсбург, король Венгерский Иосиф. Документ на утверждение принёс глава судейской коллегии, князь Бранденбургский Степан Гогенцоллерн.

Маленький царь принял свиток молча, не разворачивая его. Также молча церемонно поклонился своему верному вассалу и ушёл. Никто не знал, что в этом приговоре. Слухов ходило много, но даже князья, участвовавшие в суде, не знали, как проголосовали остальные, а Гогенцоллерн молчал, как рыба.

Теперь же всех осуждённых везли под жуткий бой барабанов в чёрных возках по столичным улицам к эшафоту, построенному на берегу Волги. Люди стояли стеной вдоль дороги и молча смотрели на бледные лица виновных в гибели Ивана Павловича. Многие недели в церквях успокаивали праведный гнев жителей русского царства и всё же добились того, что ненависть не перерастала в погромы. Теперь народ просто молча стоял и презрением взирал на этих прокля́тых австрияков, не пытаясь прорвать жидкую цепь солдат.

Повозки остановились, гвардейские гренадеры, огромные, одетые в парадную броню, вывели несчастных на деревянный помост. Народ загудел, но снова ударили барабаны, увеличив темп, а потом резко остановив палочки. Повисла просто ужасная тишина, которую прервал оглушительный бас глашатого:

— Волею Царя-отрока Павла Ивановича и Царя-батюшки Павла Петровича приговор суда по делу о заговоре об убийстве Государя Ивана Павловича, а купно с ним ещё двадцати трёх человек, утверждён. Однако царскою волею решено по причине его смерти обвинение с бывшего императора Франца снять и позору ему не иметь! Для бывшего короля Фердинанда, по причине его слабоумия, заменить смертную казнь на пожизненное заключение в Борисоглебско-Тунгусском монастыре, где первые три года держать его под особым наблюдением! Для супруги полковника Баурброка, Марты-Элизабет, заменить четыре года каторжных работ на пожизненное поселение в Якутском уезде. Остальным же осуждённым оставить решение суда в силе!