Среди прочих близка была к заговору и известная девица Декло, в прошлом состоявшая в личной связи с упомянутым Бубновым. Также многие посланники и агенты австрийского короля были вовлечены в это.

Сей Карвуазен, поняв, что Государь Иван Павлович едет в Вену, где и собирается наследника престола австрийского лично допросить, в чём ему порукой будет доверие многих венских вельмож и армии наши в Венгрии и Силезии, впал в чрезвычайное волнение и передал сведения о маршруте и графике движения Государя. Гибель Ивана Павловича и высших сановников его должна была вызвать панику в Столице и мятежи в провинциях, что с одновременными угрозами границам и волнениями среди народов должны были отделить многие земли царства нашего и вернуть Россию к состоянию убогому и печальному.

Всех упомянутых лиц предписываю немедленно задержать и допрашивать со всем возможным старанием, однако законов государства нашего не нарушать!

Сам же намереваюсь установить порядок на Западе и наказать всех виновных в заговоре против брата твоего и государства нашего.

Твой любящий отец, Павел Петрович.

Записал?

— Так точно, государь-батюшка! — кивнул Устин, промокая исписанный лист.

— Срочно моим личным шифром передай для Василия Павловича. По прочтению проси его доложиться.

— Именно так, государь-батюшка! — Груцкий уже начал шифровать текст, только и ворча, что с Мистикой Алкивиадой всё было бы быстрее и проще, но тащить эдакую махину в Дьёр пока не решились.

— Вот так, Устиша… — старый царь меж тем тихо бубнил, считая, что телеграфист слишком занят, чтобы разобрать его ворчание, но всё желавший иметь в качестве адресата своего монолога хоть кого-то, — Мистику Алкивиаду тебе подавай… Вот, собаки! Кто бы мог представить, что пискуновские выдумки дадут такой результат, а? Да что я себе вру? Я и думал! Иначе бы никогда не стал в такие игрушки играться… Вот, скоро уже, скоро, везде будут эти механизмы… Везде! Вот бы ещё только поменьше бы они были… Может, ещё и увижу сам, а?

⁂⁂⁂⁂⁂⁂

— Скажи мне, Шарль, что мы всё-таки хотели бы получить по итогам нашего разговора? — император Франции Иоанн дёрнул уголком рта.

— Сир… — сидящий напротив его в карете Талейран, теперь именовавшийся герцогом Перигором, потёр переносицу, — Новых сведений так и не появилось, так что, остановимся на том, что царь хочет получить наше согласие на изменение статуса Австрии. Павел, всё-таки не его покойный сын, и старается не давить, а договариваться.

— Но Шарль, старый царь не дурак. Зачем ему просить о том, что мы и так проглотили? — немного нервно сказал император.