Слова повисли в воздухе. Я молчал, ожидая продолжения.

Одиссей вздохнул и мечтательно закрыл глаза.

— Не понял? Я устал, Адриан. Правда устал. Можешь верить, можешь нет, но бессмертие теряет свою прелесть после второй-третьей сотни лет. Я хочу вернуться домой, хочу снова увидеть свою Пенелопу.

— Ты сейчас серьезно? Ты правда думаешь, что Афина просто отпустит тебя? — Я даже не пытался скрыть сарказм в голосе.

— Не думаю, что у нее есть выбор.

Одиссей медленно закатал рукава.

Его руки — когда-то крепкие, мускулистые руки моряка— теперь были покрыты тёмными пятнами, словно плоть мужчины разлагалась изнутри. Кожа местами напоминала обгоревший пергамент, а под ней виднелись тусклые линии золотистого света, похожие на трещины.

— Это цена, — произнёс он спокойно. — Человеческое тело не может вместить в себя столько энергии. Мы просто неприспособлены для такого. Я умираю, Адриан. Выиграет Афина или проиграет — неважно. Я обрету свой покой.

Я молча смотрел на него. Все негативные эмоции, что бурлили во мне, вдруг отступили. Одиссей выглядел человеком, который уже перешагнул грань жизни и смерти, а теперь просто… блуждает во тьме. Злиться на него было как-то глупо.

— Если думаешь, что это что-то меняет… — все же произнес я.

— Нет, — перебил он. — Это просто факт.

Молча развернувшись, он щелкнул пальцами и исчез, оставив меня одного.

Эксархия встретила меня холодным серым небом и привычным гулом улиц. Обычно район буквально бурлил жизнью, но сегодня что-то было не так. Что-то изменилось, словно во время морской бури резко наступил штиль. С трудом выбросив неприятные ощущения из головы, я зарулил на базу, где тут же заметил огромное столпотворение у входа на стоянку.

Какого черта⁈ Тут чуть ли не половина моих ребят собралась. Прищурившись, я разглядел причину — стоящую на парковке машину. Странную машину. Машину, которой здесь быть не должно. Черный, отполированный до блеска лимузин на улицах Эксархии смотрелся столь же дико, как минотавр в балетном платье. И что самое глупое, по какой-то причине машина выглядела удивительно знакомо, словно я когда-то ее уже использовал.

Подъехав поближе к толпе, я выключил двигатель и быстро вышел наружу. Но не успел я сделать и шага, как ко мне буквально подскочил Рью. Самурая выглядел напряженным. Брови нахмурены, а челюсть сжата так, что казалось, ещё немного — и посыплются зубы.

— Господин, — произнес он, едва сдерживаясь. — Он тут. Тайгер.

Кровь застыла у меня в жилах, а мысли понеслись вскачь. Тайгер. Предатель. Дворецкий моего дома, верный друг и слуга. Даймон, которому я доверял. После смерти Семена и резни в особняке, я потратил кучу сил и денег на поиски Тайгера, только чтобы обнаружить его у себя на заднем дворе? Это даже не смешно. Я вздохнул. Что ж. Ладно. Одиссей говорил, что пришлет ко мне вестника, которого я не могу не узнать.