— Не совсем. Ведь ты еще здесь.

— А это еще что значит? — снова начиная злиться, повторил я.

Афина повернулась ко мне спиной и пошла к скелету Лика. Наклонилась, провела по черепу и с грустью сказала:

— Будущее невозможно увидеть, Адриан, невозможно просчитать. К нему можно лишь подготовиться. Без ложной скромности скажу: я лучшая в этом деле. И подготовилась почти к каждому сценарию. Даже к этому.

Она обернулась и внимательно посмотрела мне в глаза.

— Твой план хорош, юный Архонт. Изящен, но при этом в твоем стиле. Я уверена, что титан проглотит крючок. Но этого мало. Чтобы победить, тебе нужно вырвать из рук Кроноса его самое сильное оружие.

Богиня провела рукой по стене и та, подёрнувшись пленкой, испарилась. За ней открылся еще один проход со ступеньками вниз. Афина жестом предложила мне следовать за ней, в пещеру.

— Идем, я покажу.

После недолгих раздумий, я последовал за ней. Уходить не было смысла. Я хотел знать, о чем она говорит. Кронос владел чудовищной силой — особенно после того, как вернул себе сердце — но что-то мне подсказывало, что загадочное оружие — это нечто другое.

— Судьба, — помогла мне Афина, доставая из воздуха факел и первой указывая дорогу. — Пока весь мир лежит на весах и ждет решения Кроноса, мойры склоняют чашу в его сторону. Ткачихи выстраивают линии судеб, на которых всё идёт так, как нужно ему. Ты почувствовал это сам, тогда в храме. Дважды даже. Гермес тоже когда-то заключил с ними сделку. Хотя уверял меня, что смог обмануть их, юный дурак.

Она вздохнула.

— Впрочем, кем это тогда делает меня? Ведь я ему поверила. И мойрам тоже.

— И почему? Почему они ему помогают в смысле?

— Хороший вопрос, — впервые на моей памяти богиня пожала плечами. — Может, не справляются с работой. Слишком много людей, слишком большой прирост. Они теряют контроль, а для таких существ контроль словно воздух для смертных, жизненно необходим. Но ты спросил, что я думаю, не так ли? Что ж, я придерживаюсь мнения, что во всем виноват непотизм. Как-никак, Кронос приходится трем сестрам родным отцом.

Она изящно изогнула бровь, заметив, как вытянулось мое лицо.

— Не знал? Впрочем, об этом мало кто сейчас говорит. На Олимпе это считается неприличным. Мать троицы, ныне почившая богиня рока Ананке, приходилась сестрой и супругой Кроносу, что, видимо, дает ему… некоторое влияние на изменения нитей. Хотя согласно всем клятвам те должны были оставаться нейтральны. Увы, в наше время даже самые ярые клятвы мало что значат.

М-да-а-а. Я так погляжу, греческий пантеон — это какая жуткая смесь Санты-Барбары с мексиканским сериалом. Что дальше, у погибшего Диониса окажется давно исчезнувший брат-близнец, который еще более внезапно окажется потерянным сыном Аида и моим новым братом? Вот бред… Стоп. Тпру! Я внезапно осознал, к чему подводит Афина и резко встал на месте.