Глава 17
Страница 35 из 55
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 17

Страница 35

А потом в дверь постучали.

Три раза, негромко, по-домашнему — так стучат люди, у которых есть свой ключ, но которые всё равно стучат, потому что уважают чужое утро.

Я замерла с кружкой у губ. Сердце сделало тот самый предательский удар. Я в его футболке. В его квартире. В восемь утра субботы. И за дверью — кто угодно, от Димы до района целиком...

— Войду? — сказала из-за двери тётя Лена и вошла, не дожидаясь ответа, с кастрюлей, завёрнутой в полотенце, и пакетом, из которого пахло пирожками так, что у меня свело скулы.

Она остановилась посреди прихожей.

Посмотрела на меня. На футболку сына — она узнала её мгновенно, матери узнают свои вещи на чужих плечах за полсекунды. На мои мокрые после душа волосы. На ключ в моих пальцах.

Тишина длилась ровно один вдох.

Я приготовилась ко всему: к осуждению, к «ой, Лерочка, а что же это», к бабьему оханью, к тому, что придётся объяснять необъяснимое. Я сжалась внутри, как сжимаюсь всегда, когда меня застают живой.

Тётя Лена поставила кастрюлю на тумбочку. Подошла ко мне. И обняла — просто, по-матерински, вместе с полотенцем, вместе с запахом пирожков и мороза с улицы, — и сказала мне в макушку, тихо, чтобы слышала только я:

— Ну и слава богу.

У меня внутри что-то треснуло. Не сломалось — треснуло, как трескается лёд на стекляшке весной: не от удара, а от того, что пришло время.

— Я... — начала я и не смогла продолжить, потому что голос сел.

— Молчи, доченька, — сказала она мне в макушку. — Ничего не объясняй. Матерям не объясняют, матери видят. Я месяц видела, как он на окна твои смотрит. Я месяц боялась спросить, почему он вдруг есть начал и спать нормально. Теперь не боюсь. — Она отстранилась, взяла меня за плечи и посмотрела в глаза тем своим ненатёртым, тёплым взглядом, которого не бывает в нашем районе. — И вот что, Лерочка. Ты сейчас боишься. Я вижу, как ты боишься, у тебя плечи вот так стоят, как у зверька. Так вот запомни: счастье — это не стыдно. Стыдно бывает потом, когда убежишь от него из страха и всю жизнь будешь жалеть. Не беги. Умоляю тебя только об одном. Не беги.

Я кивнула. Один раз. Быстро, потому что если бы я кивала медленно, я бы заплакала, а плакать я умею только в ванной с включённой водой, а вода здесь была чужая, и утро было чужое-моё, и пирожки пахли так, как пахнет то, чего у меня не было никогда: домом.

Глава 17

В понедельник я решил, что хватит прятаться.

Не от Клыка — от двора. От бабки Нюры, которая при виде меня расплывалась в «Санечка, хороший мой», но за спиной уже месяц перешёптывалась про «ту, с третьего». От мелких с балкона, которые свистели мне вслед и косились на её окна. От самого себя, потому что прятать то, что моё, — это против закона, а против закона я не ходил никогда, даже своего.

назадназад
1 ... 33 34 35 36 37 ... 55
впередвперед