Глава 10
Страница 20 из 55
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 10

Страница 20

— Ладно, — сказала я тихо. — Спасибо большое.

— Завтра придёшь? — спросила она. Небрежно так, мимоходом. — Пельмени будут. Сашенька вечно на смене пельмени ест, а домашние не пробовал... то есть, ты что, ты заглянешь?

Лера застыла, тёть Лена говорила так, как будто это было нормально. Как будто, это уже было, и она частный гость, а не просто девчонка, которая впервые помогла ей.

— Не знаю, — честно сказала я.

— Приходи, — сказала она. — Дверь простая, не запирается снизу.

С контейнером в руке я дошла до своего подъезда.

Я стояла в прихожей — в куртке, с контейнером, со щами, которые остывали у меня в руках, — и слушала.

Из-за стены доносилось храпение. Ровное, тяжёлое, с присвистом. Отец спал после полудня — обычное дело. У меня было время. Часа два, может, три — до его пробуждения, до его «ты где шлялась», до начала по новой.

И я стояла и понимала, что не хочу к себе.

Ко мне — в квартиру, где я живу и которая ни разу не была домом, — я не хотела. Хотела куда угодно: на улицу, в кофейню, к чужим щам. Вчера и неделю назад я хотела леса и тёплого дома, и вино у костра — а сегодня у меня в руках настоящий контейнер с настоящими чужими щами, и мне предлагали дверь, которая не запирается снизу.

Глава 10

Сегодняшний вечер выдался злее обычного.

Снег шёл не как снег — как пух. Рыхлый, липкий, злой: падал медленно, будто раздумывая, и налипал на всё живое и неживое. Такие снегопады у нас называли «ватными» — от них не прячешься, они облепляют, и через десять минут на улице ты уже не человек, а снеговик с берцами.

Я вышла из кофейни в десять. Вера Пална ушла раньше — у неё внук с температурой, — и закрытие легло на меня: питчеры, кофемолка, касса, полы. Я задержалась на сорок минут и злилась не на работу, а на себя, потому что знала: чем позже выхожу, тем темнее двор, а тёмный двор в ватный снег — это не маршрут. Это лотерея.

Автобусы уже не ходили. Я застегнулась до подбородка, натянула капюшон и пошла через двор. Коротким путём — впервые за неделю. Потому что длинный путь мимо гаражей теперь означал одно: мимо него. А я не была готова мимо него. Я вообще не была готова ни к чему из этой недели: к щам, к «Доченька», к пакету с ужином, к его пальцам, коснувшимся моих ледяных рук на секунду дольше, чем требует передача пакета.

Я это тоже заметила.

Это надо было выбивать из головы, как выбивают застрявшую гильзу, — и я шла коротким путём и рассказывала себе про Питер. Про дедлайн в апреле. Про то, что заявка написана на треть, и графу «почему» я всё-таки заполнила — правда, не ту, что хотела, а ту, что могла: «Хочу рисовать город, в котором ещё не была». Тоже правда. Второго сорта. Банальная, но иногда самая обычная и банальная фраза, меняет всё. И говорит больше, чем тяжёлые, расписанные слова.

назадназад
1 ... 18 19 20 21 22 ... 55
впередвперед