Впрочем, наверное, переоценивать тут свое влияние тоже не стоит. Вроде бы и в иной истории часть дворянства вполне ездила на Кавказ, Лермонтов что-то об этом писал. Кажется, у него в «Герое нашего времени» часть событий именно в этих локациях проходили — какие там времена описывались, дай Бог памяти, конец 1830-х или начало 1840-х, если ничего не путаю, — так что фактически я только канализировал уже имеющиеся процессы, не выдумывая ничего нового.

Имелся еще и логистический аспект. Добраться из Санкт-Петербурга до Кавказских вод было дольше и сложнее, чем до того же Баден-Бадена или даже до Италии. До Италии даже проще — сел на корабль в порту и плыви себе. Дней 20 займёт у тебя путешествие. А на Кавказ по грунтовым дорогам в экипаже трястись — во-первых, максимально сомнительное удовольствие, а во-вторых, ни разу не быстрее.

Тут, конечно, на руку нам играла постройка железной дороги. Глядишь, лет через пять из Питера до Крыма можно будет просто за 2–3 суток добираться, — и не только императору с семьей, а вообще любому желающему — посмотрим тогда, кто еще кого одолеет, глядишь, Ялта будет ничем принципиально не хуже какой-нибудь Ниццы, особенно если сюда денег вложить и поработать над городом основательно.

— Попробуйте еще местные грязи поизучать, — еще немного покопавшись в памяти, добавил я ко всему вышесказанному врачом. Про этот вид лечебного отдыха я помнил смутно, сам ни разу на себе его не испытывал, но где-то в чертогах разума информация о наличии грязелечебниц в Крыму отыскалась. Кажется, в районе Евпатории… Или Феодосии… И еще в районе города с несколько неблагозвучным для русского уха названием «Саки». Но это не точно. — Я отпишу министру общественного здоровья по поводу ваших начинаний, прикажу оказать содействие, однако вот насчет финансирования ничего обещать не могу.

Я развел руками. Бюджет вроде и рос год от года, а денег на все начинания всё равно постоянно не хватало. Ну а в медицине, и тем более учитывая бурный рост этой сферы, всегда было куда лишний рубль потратить. Одна только программа массовой подготовки сельских фельдшеров влетала в такую копеечку, закачаешься.

— Да, я понимаю, ваше императорское величество, — Гааз уловил, что аудиенция на этом подошла к концу, вскочил на ноги и вновь принялся кланяться. — Я имею возможность привлекать для своих задумок частные деньги, большого финансирования из казны не потребуется. Главное — чтобы не мешали.

В последних словах врача послышалась неподдельная скорбь энтузиаста своего дела, который вынужден годами биться лбом о каменную стену.