— Раз Хморок отказался от своей божественности, почему человек не может посягнуть на место в пантеоне?

— Но… но… она же просто человек, — неуверенно парировала чародейка.

— То есть, эта Ладомира боялась моего прихода, не как какого-то бросса из пророчества… — вдруг догадался я, — Она конкурента боялась?

— Скорее всего. Про мальчишку, который может стать светлым богом, и за которым охотятся Храмовники Яриуса, уже все наслышаны. Про то, что сам бог Яриус стал тёмным, тоже.

— Я могу, да, — кивнул Лука и поднял повыше молот, — Но зачем?

Некоторое время мы шли молча, и я, морщась от ожогов и с удовольствием отмечая, что с каждым шагом мне становится всё легче, думал над сказанным.

Получалось, в стане врага, к счастью для нас, полный разброд и шатание.

— А кого Ладомира ещё боялась?

— Царя Стояна Хладоградского. Они вроде как в союзе, но его войско она не подпускала к Храму и на сотню шагов. Боялась Могуты Раздорожского, что тот придёт наводить порядок. Боялась Храмовников, с которыми сначала у неё тоже был союз. Боялась Тёмного из Межемира.

— И всё же не сходится. Такая сила-то у неё откуда, если она сама ещё только хочет стать богиней, а божественной поддержки у неё нет?

Агата остановилась и пожала плечами.

— Ты впервые заставил меня усомниться…

— Могла ли Ладомира убить какое-то невообразимо могучее магическое существо и поглотить его силу?

— Без божественной воли не поглотишь… Хотя! — Агата сверкнула глазами, — Тогда всё сходится! Я слышала от воинов и магов, которые сопровождали меня в темницу, что в магической зоне кто-то убил Ледяного Дракона.

Креона вздрогнула.

— Ледяного? Но он же… Он же дух стихии, почти что божество.

— Да, и он всегда был верен богине Моркате.

Я вспомнил о том, что боги спрашивали у меня совета, что делать дальше. И я отправил их искать союзников по всей Тахасмии в виде могучих существ и духов.

Как знать, быть может, Ладомира воспользовалась доверием этого Ледяного Дракона и заманила в ловушку? А новая Магия Богов, с помощью которой Волх чуть не пришил меня в Храме Хморока, позволила полностью поглотить силу Дракона?

— И всё же всемогущей она не стала, — сказал я, — Иначе мы бы тут не шли.

— Слава Моркате, — кивнула Агата.

Мы как раз остановились, и Ясная тронула стену. Вспыхнули ярким синим цветом узоры и символы, которыми тут была испещрена вся пещера, и замерцали. Мерцание это нарастало, становясь тревожным и словно предупреждая о чём-то.

— А теперь нам надо спешить.

Я, к счастью, уже мог идти побыстрее, и даже отобрал у Кутеня топор. Бросская кровь усиленно работала, заживляя на мне все раны. Даже поджимать губы было уже не так больно — все трещинки заросли.