Пожав плечами, я снял шлем и бармицу, чтобы показать серебристую татуировку на шее.

— Для всех я пятый ранг, младший магистр. Я скрыл свою силу.

— Зачем? — сразу же спросила Купава, кое-как придя в себя.

— Потому что слишком мощная аура. Не хотел привлечь внимание магистров и архимагов Троецарии.

— Умно… Считается, что в Троецарии нет архимагов, но Могуте служит один. И он тоже скрывает свою силу. Царь Раздорожья не хочет лишних разборок с Островом Магов, точнее, с их архимагом.

— Настоятельница Храма Холода тоже архимаг… почти. По крайней мере, я ощутил от неё небывалую силу, будто она заключила договор с какой-то могучей сущностью. Или убила её.

Купава сузила глаза.

— Я не знала. Надо сообщить в Раздорожье, дела здесь гораздо серьёзнее, чем мы думали.

— Эту силу, о которой ты говоришь, я получил в Бросских Горах, когда выбил Бездну из этого мира. Правда, вместе с Хмороком. Но это лишь сила… — я развёл руками, — Необузданная, без должных знаний и умений. У меня нет за спиной десятилетий опыта, мало заклинаний огня или воздуха, и против умелого противника я могу не выстоять.

— След из мёртвых Тёмных Жрецов от самого Солебрега и по всей Троецарии говорит о другом. Кстати, ты ведь и вправду был Тёмным?

— В другой жизни. Но сейчас у меня нет источника Тьмы… да и я уже не хочу. А во-вторых, пусть азы одни, но стихия огня разительно отличается от Тьмы.

— Теперь ясно.

— И всё же, ты меня проверяла не просто, чтобы удовлетворить любопытство?

— Артефакты Стояна почуют твою силу. Возможно, патрули из-за этого и взбудоражились. Вдруг сейчас защитные заклинания во дворце сходят с ума, и царь не знает, в чём причина? Ведь мой медальон… — она подняла руку с ним, — … уловил твою силу.

— Тут не поспоришь, — вздохнул я.

В дверь постучали. Я хотел вскочить, но сдержался. Лёгкая усмешка на губах Купавы меня нервировала, но давать ей повода для веселья я не хотел.

Поэтому спокойно смотрел, как она открыла дверь и впустила какого-то человека. Это тоже был срединец — каштановые волосы, чуть желтоватая кожа и лёгкая раскосость. Видимо, были в роду лучевийцы.

Незнакомец снял длинный серый плащ, и оказалось, что он вооружён длинным тонким клинком. Сабля висела у него на поясе, а сам он был облачён в лёгкую кожаную броню.

— Купава, как хорошо, что ты объявилась, — сказал незнакомец, потом глянул на меня, — Это он?

Купава кивнула. Мой зачехлённый топор лежал рядом со мной, намекая, что я настроен исключительно на мирный разговор.

Незнакомец отстегнул саблю и отставил в сторону. Потом поставил стул напротив и, сев, положил руки на колени.