Здесь можно было просто сойти с ума. Всевозможная защита от магии — на ветер, на огонь, на холод, на землю, на свет и тьму, да буквально на всё! — фонила и гудела так, что у меня голова буквально раскалывалась.

С какой болью я вспоминал те спокойные дни под Солебрегом и Моредаром, где настраивал свою душу на высокую чувствительность, и слушал, слушал, слушал… Магические зоны и существа в ней тогда пели на разные лады.

Смердящий свет!

Там, в тёплых южных лесах и болотах, магические зоны звучали, как пение лесных птиц и шум листвы. Бросские Горы шумели пусть и грозно, напоминая треск дров в костре, но это было красиво. Да даже эти северные земли, если слушать их где-нибудь подальше от столицы, мелодично выли ледяным ветром…

Но какофония магических шумов, которой дребезжал сам Хладоград… да расщелину мне в душу! Не так я представлял себе проникновение в северную столицу, совсем не так.

Помню, как в Бросских горах я закрывал высвобожденную в Храме Хморока силу, чтобы скрыть высокий ранг. Здесь требовалось сделать примерно то же самое, но только со своей чувствительностью… Но как это сделать⁈ Как и чем заткнуть магические уши⁈

Тени пробежали по моему лицу, когда сапоги ругающихся солдат протопали по полу клети, покидая её. Не сразу до меня дошло, что они ушли… Давай, Малуш, не тупи! Быстрее!

Подвывая от боли в раскалывающемся черепе, я стал думать, как мне выбраться наверх. Клеть была всё так же плотно зажата между стенами шахты, и щель там была узкая, броссу не протиснуться.

Едва я стал думать, как головная боль усилилась. Броссу и так мышление даётся с трудом, а когда ещё и с сопротивлением… О-о-о! Сожри меня Бездна! Ну пожалуйста, Бездночка родимая, я так больше не могу!!!

На Небо уповать было бесполезно, оно точно не явится. Поэтому я просто стиснул кулак и долбанул по доскам пола. Вот вылезу наверх, лягу спокойно на пол, там и подумаю. Ну или помру.

А если не помру и ничего не придумаю, пусть убивают меня, потому что я… больше… не…

— А-а-а!!!

Доска наконец треснула, я саданул по следующей, и через минуту уже вылезал в клеть, словно исчадие ада. Выпроставшись на пол, полежал пару мгновений, тяжело дыша и пытаясь прийти в себя.

Надо отдать должное, прошла минута, две, а я всё так же был жив. Да, Хладоград шумел, свистел и пердел на все магические лады, но я-был-жив. Голова не раскололась, хоть и продолжала нещадно трещать, пульсируя будто в унисон магическому шуму.

Поняв, что Бездна не придёт и не сожрёт меня, я перевернулся на спину. Потом сел, оглянулся…

Это была всё такая же шахта, только явно не заброшенная. Рельсы и вагонетки здесь не были ржавыми, инструмент не валялся по всем углам. Закуток с клетью оказался отгорожен железной решёткой, сейчас приоткрытой.