— Да с чего ты взял! — жена старалась сделать голос бодрым, но звучало фальшиво.

Все так же опираясь на стол, она попыталась присесть, но покачнулась и начала заваливаться набок. Я мгновенно взмок от ледяного пота, вскочил и вцепился в экран, будто бы мог ей помочь сквозь время и расстояние.

— Рина!!!

К Дарине бросилась свекровь, которая, видимо, приехала, чтобы дочери не было так одиноко, заорала:

— Помогите! Врача! Врача!!!

На мгновение она тоже исчезла из поля зрения, а когда появилась, посмотрела в объектив и прошипела:

— Это все из-за тебя! Ей плохо, а она терпит, расстраивать тебя не хочет. Будь ты проклят!

Не сдержавшись, свекровь плюнула на линзу объектива. Связь прервалась. На мой крик в комнату ворвались наши операторы, а я так и стоял, вцепившись в экран и не в силах разжать рук.

Неужели опять я потеряю самого близкого человека? И жену, и ребенка. Я запрокинул голову и мысленно обратился к богине: «Зачем? Пусть они живут, пожалуйста! Без них все бессмысленно!»

Операторы попытались наладить связь, в комнату вошел Денисов, он был следующим в очереди.

— Саня, что случилось?

Его голос прозвучал, как пощечина, и только теперь я отпустил экран, развернулся, опустился на стул и сжал виски.

— Жена беременная упала в обморок.

— Ну-у, у них это бывает.

— Поздний срок! — вскинул голову я. — Свекровь сказала, что ей было плохо, но она терпела, чтобы не сорвать мне игру. Ну, я расстроюсь, буду волноваться и косячить.

Вскочив, я принялся мерить шагами комнату.

— Мне нужно знать, что там. Иначе я спать не смогу.

Второй раз я не переживу потерю. Как в той реальности выжил — большой вопрос.

— Мне жаль, — растерянно пробормотал Денисов, заозирался. — Поговори с тренерами, у них-то связь должна быть…

Когда снова восстановили изображение, ни Рины, ни свекрови не было, была жена Денисова. Вместо мужа с ней заговорил я:

— Девушка, миленькая, скажите… Беременная девушка — это моя жена, что с ней?

— Они в коридоре, девушка… Вы ее муж? Саша Нерушимый, я вас узнала!

— Да, да, муж. Что с ней?

— Сейчас.

Женщина ненадолго исчезла, а когда появилась снова, сказала:

— Похоже, девочка рожает.

— Она в сознании? — спросил я.

— Да, плачет. У нее схватки.

Камень на душе не то чтобы упал, чуть откатился в сторону. Просто преждевременные роды, это не угрожающая жизни ситуация. Риски есть, но они не так уж велики. Срок большой. Ребенок уже сформировался, и он, и Рина должны выжить!

Но почему сейчас, когда столько на кону? Я ж теперь только о ней буду думать! Что там? Как?

— Извините, — уронил я и бросился вдоль лобби к номеру врача-бээровца, требовательно постучал в его дверь.