Когда наши слишком разбегались, и у ворот бельгийцев стало горячо, начались футбольные злые проказы. Дернуть за футболку, прикрывшись от боковых и арбитра в поле. Долго менять мяч на бровке перед тем, как вбросить. Кувыркаться по полю после каждого подката. Подкат — штука вполне болезненная, хоть и щитки. Но вот так кататься…

У наших нервы: ничего сделать не получалось, надо было как-то менять игру, а игра не менялась, и более того — отодвинули бельгийцы, и снова возня в центре поля, и снова постоянная опасность резкого выпада. А бегать они умели…

Взяв мяч, летящий чуть ли не из центра поля, я кинул его правой рукой левому крайнему. Зинченко сходу, слёту, верхом послал его на двух наших столбов. Сэм задержался, принимая, а Дзюба рванул вперед. Сэм, не опуская мяч на землю, кивком головы отправил его вперед к воротам бельгийцев. Дзюба как почувствовал, обернулся, принял на грудь, опустил на ногу и с разворота мимо встречающих его защитников — в верхний правый угол. Вратарь только проводил мяч взглядом. Удар сильный, удар точный — такие не берутся.

Вот и опять ничья. И снова толкотня в центре, и не видно никакого преимущества ни одной из команд. Да еще судья… Ну упал, ну кричит футболист — так ты сходит и посмотри! Нет, свисток опять в пользу бельгийцев. А ничего не было!

И так раз за разом, дергал и дергал. А уж когда свистнул, чтобы мяч из-за боковой перекинули, да еще и отдали! Это как? Мастера спорта, что ли, неправильно мяч вбрасывали? Ну, блин…

— Осторожнее! — кричал я своим. — Осторожнее! Судья три-два раз!

Как сглазил. Очередной накат на наши ворота, очередное столкновение с защитником — и упал, как подкошенный, центральный нападающий бельгийцев. Мол, это его набежавший сбоку Зинченко срубил… Это даже не смешно, Антон легче как минимум вдвое! Желтая карточка. Пенальти.

Взвыли трибуны, разразились проклятьями и свистом, на поле полетели смятые банки из-под колы.

— Бельгийские шлюхи! — заорала какая-то женщина.

На точку вышел относительно невысокий мускулистый мулат с дредами, как у Хищника. В той реальности не помню этого паренька, наверное, новенький, молодой и резвый.

Я пожелал знать, чего он хочет больше всего на свете и включил эмпатию, но мыслил парень на языке, который я не знал. Включаться нельзя, вся надежда на скорость реакции. Я потер ладони, приготовился, максимально напрягшись. Мулат два раза зыркнул в правый верхний угол.

Слишком откровенно. Наверняка замыслил подлость! Но куда он хочет бить? Смотрит только на правый угол. Отводит меня от истинной цели? Точно. Интересно, куда ударит?