Сэм побежал обниматься с парнями, я принялся жать руки. Клыков потряс телефоном:

— Тут про вас все говорят. Видели?

Он развернул телефон к нам экраном, и я узнал канал Ольги. Ух ничего себе: под двести тысяч лайков! Девчонка из маленького Бургаса сделала себе имя. Теперь ее и телевизионщики, и газетчики с радостью примут. Бывает же! Это ведь не холодный расчет: девочка совершенно искренне взяла интервью у любимой команды, и оно пришлось по душе огромному количеству пользователей.

В зал вошел Микроб, помахал мне. За эту поездку мы стали еще ближе. А вот ребята из команды как будто поблекли и сместились на второй план. Особенно те, с которыми недавно играем: Ведьмак. Борода, Цыба и Круминьш. Микроб тоже пошел здороваться-брататься.

— Ты писал Оле? — спросил я, когда он закончил и нацелился на место возле меня.

Федор сверкнул глазами, но сделал вид, что ему все равно.

— Она сама звонила. От счастья аж пищит! Мы сделали ее знаменитой.

— Не упусти шанс, — подмигнул я ему.

— Первым делом — самолеты! — ответил он с важным видом.

— «Чем меньше женщину мы любим» — правильная позиция, — сказал я, усаживаясь. — Только не переусердствуй. — Я повертел головой и спросил у Клыка: — Саныч, ясен пень, к микрофону пойдет. А Лев Витаутыч где?

Рома пожал плечами.

— Хрен знает. Помогает Матвеичу дубль набрать, как же мы без дубля-то. Или по своим делам ездит.

Ровно в восемь к микрофону вышел Димидко, злобно зыркнул на чуть опоздавших Жеку и Игната, спешащих усесться, и сказал:

— Парни, доброе утро! Сегодня наша команда воссоединилась, вернулись Нерушимый, Хотеев и Бекханов. — Он жестом пригласил нас к трибуне.

— Ну вот опять, — проворчал Микроб.

— Для своих не жалко, — улыбнулся я, поднимаясь.

Мы говорили о сборной, о ее перспективах на чемпионате. И я, и Микроб, и Сэм надеялись, что нас выпустят поиграть. Новенькие слушали, разинув рты, и смотрели на нас, как на сошедших с Олимпа богов, а я снова ловил себя на мысли, как быстро меняется мир! Три года назад я был таким восторженным желторотиком, но вот, в авторитеты выбился! В национальные герои, можно сказать.

Говорили мы минут пятнадцать, а потом пошли в раздевалку. Какой же бедненькой она казалась после роскоши Сопота! Но ничего, к августу должны открыть стадион, построенный в честь нас. А если не откроют, так с гостями будем играть на чужом, но приличном. Думаю, заинтересованные лица договорятся, а то будут писать в своих Европах про нищету в СССР.

Тренировка проходила штатно, я даже соскучился по бегу и приемам с фишками.

Потом мне отдали на растерзание Васенцова, и мы устроили вратарский баттл. Леня не сильно от меня отставал, молодец, отлично прокачался. А каким он был деревянным и пугливым в начале карьеры! Даже жаль, что придется ему сидеть на скамейке большую часть времени. Если уйдет первым номером в другую команду, это будет справедливым, я не обижусь.