Выгнулось.

Плюнуло ледяным ветром и молниями. И вышвырнуло наружу заснеженного человека, облачённого в громоздкое, серьёзного вида зимнее снаряжение: дублёнки, меха, переброшенные через плечо мотки с верёвками. У него даже пара ледорубов была за пояс заткнута! Альпинист пробежал по плитам несколько торопливых шагов, гася скорость и с трудом сумев сохранить равновесие. Остановился. Обернулся. Стянул с головы меховой капюшон и оказавшуюся под ним похожую на кожаный шлем шапку.

— Дядя Гриша? — ахнула рядом Соня, судорожно цепляясь за мою руку.

Мужчина, точно услышав её голос в царящем бедламе, обернулся. Безошибочно нашёл мою новую подругу взглядом, улыбнулся мимолётно и успокаивающе. И улыбка эта, будто бы извиняющаяся, чуть кривоватая и с ямочками на щеках, совершенно точно была мне знакома! Пригляделась внимательнее к странному скалолазу: белобрысый, измождённый, с узким, каким-то неуловимо лисьим лицом. Когда я в последний раз видела его, снежный человек командовал отрядом дворцовой стражи. И облачён он тогда был в роскошный, с позументами и золотым шитьём парадный мундир. Может, даже пышнее чем тот, в котором щеголял глава народного просвещения!

В тот жуткий день незнакомец опустился передо мной на колено — прямо в лужу из мутной речной воды и свежей крови. Лужа запомнилась очень хорошо, потому что я сама в ней сидела, отчаянно сжимая бледную мамину руку. Колдун в мундире вложил мне в ладонь фибулу в виде свернувшего кольца змея, объявил о принятии в Великокняжеский лицей стольного града Алтоги. Заставил сжать пальцы.

Кем он был, откуда там взялся и как этого снежного человека зовут, вспомнить не удавалось.

— Кто это? — спросила я громким шёпотом Соню.

— Глава Приказа тайных дел, — ответили из-за спины голосом наследника Пламенных, — Доверенный советник Великого князя. Григорий Унтов.

Ой!..

А «портал», тем временем, продолжал биться в рваном, нехорошем таком ритме, будто в любой момент угрожая взорваться. Вот он сжался почти до точки. Вот распахнулся громадными вратами, через которые и карета спокойно проедет. И через них шагнул неспешно и царственно высокий мужчина.

Сила рухнула на плечи давлением ослепительным, холодным и беспощадным. Будто ледник сходит с дальних вершин. Сверкая на солнце. Не торопясь. Абсолютно неотвратимо.

Ступивший в центр площади человек одет был в какие-то звериные шкуры: штаны из грубо выделанной кожи и накинутый прямо на голые плечи плащ из шикарнейшего пятнистого меха. Босые ноги по камням ступали столь же уверенно, как до этого, судя по всему, ходили по снегу и льду.