Погребальная лодья послушно скользила по волнам. Путь её вёл в иной мир, родной, но с каждым днём всё более чуждый и неуютно-тяжёлый.

Я парила в густеющих сумерках и, кажется, растворялась в них и в зовущих меня голосах.

Дома лифт, конечно, опять не работал. Очень хотелось прилечь. Чтоб тишина и покой. И спать завалиться пораньше.

Когда я под ненавязчивым присмотром одного из Сергеев распахнула дверь и шагнула в квартиру, встретил меня оглушительный визг. Кто-то мелкий, юркий и просто невероятно быстрый метнулся под ноги. Каким-то чудом невероятным умудрилась не пнуть на старательно пестуемых в последние дни рефлексах, а ухватить паршивца поперёк пуза.

— Оля, не держи распахнутой дверь! И лови Петю! — раздался со стороны кухни торопливый, с нотками паники женский голос. — Он всё время на лестницу норовит удрать. Потом не поймаем!

«Галка вернулась! — запоздало, будто откуда-то издалека пришла мысль-осознание, — И конечно, с галчатами».

В душе радость от долгожданной на самом-то деле встречи боролась с усталостью и раздражением. Я очень, очень скучала по братьям и хотела их видеть. Просто как-то вот не прямо сейчас.

Бедром захлопнула тяжёлую створку. Галчонок Первый сосредоточенно сопел и извивался, порываясь сбежать. Подняла его повыше и почти против воли своей улыбнулась. Петя повзрослел. За проведённое на даче лето сей солидный мужчина и вес набрал, и в росте прибавил, и лицо у него поменялось, и взгляд. Совсем уж серьёзный молодой человек стал. Сразу видно — два с половиной года сравнялось товарищу.

— Ну здравствуй, Белов Пётр Борисович! Давненько не виделись. Куда это ты так торопишься?

Показалось сначала: он меня не узнал. По возрасту вроде и не должен был, да и лучше, чтоб не запомнил ребёнок нашу последнюю встречу: плен в подгорных чертогах Хозяина Холодной Воды, долгую дорогу домой, беспомощное бултыханье в колодце. Но по сердцу резануло почему-то разочарованьем и болью. Дыхание перехватило.

— Оя, пусти! — рванулся из рук малолетний гуляка. — Оя, кочу! Пусти!

Я заморгала, прогоняя ненужные слёзы, прижала мелкого паршивца к груди. И тут в дверь за спиной постучали.

— Ольга Борисовна, — раздался едва слышимый за бронированной створкой голос Сергея. — Вы в замке ключи позабыли.

Раздражённо шипя, вновь распахнула дверь, вытащила из замочной скважины ключ, поблагодарила охранника. Тот косился на ребёнка у меня на руках с выражением глубочайшего недоверия. Видно, приходилось уже ловить этого любителя догонялок и пряток. А ведь только сегодня они и приехали в город!

Галчонок, почуяв близость свободы, принялся вырываться с удвоенной силой. Потом вдруг ка-ак вцепится зубами прямо мне в руку! Поперхнувшись, я шмыгнула обратно за дверь. Сдавила челюсть, разжала бульдожью практически хватку.